информационное агентство
❗️ Уважаемые читатели. В настоящее время возможны проблемы с работой сайта из-за DDOS-атак.

Полгода спецоперации на Украине: поводы для гордости, причины для горести

27.08.22      Марина Харькова
Полгода спецоперации на Украине: поводы для гордости, причины для горести

С начала спецоперации на Украине прошли полгода — можно подводить промежуточные итоги. Как и в любой масштабной кампании, в ней есть победы и просчёты, достижения и ошибки. О них нужно судить по фактам и событиям объективной реальности без пропагандистской мишуры. Какими были эти полгода — разберём в деталях.

Территориальные приобретения на суше и на море

Главным плюсом СВО можно назвать сам факт её начала после восьмилетних «безальтернативных минских переговоров». Оказалось, что альтернатива этим бесславным, провальным и предательским по отношению к Донбассу соглашениям есть, и она именно такая, о какой просили долгие восемь лет в формулировке «Путин, введите войска». Спустя полгода российские войска и республиканские армейские корпусы ЛДНР установили контроль над более чем 82 691 кв. км территории Украины. По данным «Военного осведомителя», за полгода Украина потеряла 17,39% своей территории суши. По областям это выглядит так (в скобках указан процент освобождённых земель):

Донецкая Народная Республика — 15 996 км² из 26 508 км² (60,34%);

Запорожская область — 20 441 км² из 27 049 км² (75,57%);

Луганская Народная Республика 26 682 км² из 26 682 км² (100%);

Николаевская область — 1 247 км² из 23 938 км² (5,21%);

Харьковская область — 10 775 км² из 31 436 км² (34,28%);

Херсонская область — 24 513 из 25 642 км² (95,6%).

Для сравнения, потерянные Украиной 82 691 кв. км приблизительно соответствуют площадям таких государств, как, например, Австрия или ОАЭ — и это немало.

Теперь необходимо удержать весь фронт и приобретённые территории, с учётом того, что Украина с помощью западных финансовых траншей и военной помощи с каждым месяцем наращивает своё вооружение и увеличивает количество живой силы за счёт нескольких волн мобилизации. Даже имея многократное преимущество в живой силе, ВСУ, по данным Института изучения войны (ISW), или выдавливаются с позиций, или уничтожаются, или находятся в изнурительной обороне. В своей сводке за 25 августа эксперты ISW сообщают о давлении русских войск, несмотря на соотношение украинских сил к русским — приблизительно семь к одному. То, что атакующие уступают обороняющимся в три раза — это беспрецедентно, но на определённом этапе начинаются проблемы: не хватает сил на развитие наступления, нет ротаций и восстановления.

Сейчас Россия ведёт активную подготовку к референдумам, в Херсонской и частях Запорожской и Харьковской областей начали выдавать российские паспорта, социальные пособия, появилась российская сотовая связь и интернет, на территорию официально зашёл Промсвязьбанк.

Россия получила сухопутный коридор в Крым, а Азовское море стало внутренним морем России, благодаря чему отпадает необходимость в охране Азовского моря, переходят под контроль самые крупные приазовские порты Мариуполь (самый глубоководный порт Азовского моря с самой большой грузовой пропускной способностью) и Бердянск. Также Россия контролирует теперь устье рек Днепр и Южный Буг. Это ставит крест на украинском речном судоходстве. Продолжается и морская блокада Украины, которая, кроме зерна, больше вывозить ничего не может. Почему-то о контроле над бывшими украинскими речными и морскими акваториями мало кто говорит, сосредоточившись на подсчёте наземных километров. А зря: установленный контроль над морскими милями в ходе СВО — весьма важный и весомый фактор. При этом он тесно связан с военным аспектом — флот Украины больше не является угрозой.

Падение украинского потенциала и расход ресурсов

Каждый потерянный Украиной квадратный километр минусует её ресурсы и потенциал: промышленный, экономический, человеческий и, в конечном итоге, военный. Экономические показатели Украины выглядят удручающе. По данным минфина Украины, каждый месяц СВО обходится стране в 5% ВВП, и ожидается падение ВВП на 45% по итогу года. Ряд экспертов считает и того больше — 60%. Разваливается как государственный, так и частный сектор экономики. 80% украинских компаний уволили сотрудников и сослались на форс-мажорные обстоятельства. 16,5% компаний закрылись без объяснения причин. Руководство многих предприятий отправляет сотрудников в бессрочный отпуск за свой счёт. Часть инфраструктуры разрушена и не позволяет связать многие предприятия между поставщиками, производителями и потребителями. Кроме сложной логистики и разрывов производственных цепочек, на Украине из-за дорогого бензина галопируют цены на продукты питания и товары первой необходимости.

Также Украина потеряла половину возможностей по экспорту стали и чугуна, утратила способность перерабатывать железную руду. Промышленность не в состоянии работать и развиваться с учётом новых условий, а предприятия оборонного комплекса успешно откалиброваны крылатыми ракетами и ушли туда, куда украинцы матерно посылали русский военный корабль. Человеческий ресурс у Украины ещё имеется, но и он тает. Кто не погиб на фронте, тот бежит в эмиграцию. Всё это изматывает, выбивает из колеи, а в перспективе скажется на обескровливании и военных сил Украины. Вкачивать в эту страну деньги и помощь коллективный Запад сможет долго — но не бесконечно.

Демилитаризация

Заявленная в ходе СВО цель по демилитаризации Украины достигается полным ходом. Кроме истощения или потери предприятий украинского оборонного комплекса, уменьшаются или уничтожаются в боях вооружения советского периода. Фактически, эти арсеналы почти пусты. Отсюда у ВСУ начал возникать «снарядный голод» и переход на чужое иностранное оружие и снаряды. В определённой степени — этот переход вынужденный и призван компенсировать потерянное. Несомненно, что Запад превратил Украину в полигон для испытания своих систем и способов ведения войны и мясорубку для ослабления РФ, но это палка о двух концах. И тут как в пословице «пока толстый сохнет, худой — сдохнет». Чем меньше у украинского режима будет оставаться территорий, ресурсов и людей, тем меньше будет его ударная или сопротивляющаяся сила. В этом отношении замедление темпов СВО — это не очень хорошо. Противнику нельзя давать много времени на восстановление, перегруппировку и насыщение новым оружием. Иначе эскалация неизбежна. Спустя полгода СВО украинские вояки очухиваются и начинают наглеть. О таких тенденциях, в частности, сообщает военкор Юрий Котенок:

«Противник пытается тактически активизироваться на всей линии фронта от Донецка до Запорожья. Укры прощупывают малыми группами линию фронта, создавая имитации прорывов. Пока выглядит всё как именно поиск слабых мест нашего переднего края».

Об ухудшении ситуации в Херсонской области 27 августа рассказал и Роман Сапоньков:

«Херсонская область лишилась обеих стационарных переправ через Днепр. Антоновский мост и мост Каховской ГЭС серьёзно повреждены украинскими обстрелами. Итак, регион разделён на части, логистику обеспечивают только понтоны».

Есть и ещё одна очевидная угроза. После нового пакета помощи ВСУ в три миллиарда долларов и увеличения программы ленд-лиза, украинская армия может стать технологичнее в боевых действиях, чем подразделения союзных сил. О дефиците у них средств защиты, беспилотников и много чего ещё писалось неоднократно, но до сих пор этот дефицит не преодолён. Всё говорит о том, что скорого завершения военной кампании уже не будет. Идёт противостояние с опытным, закалённым в боях, идейно мотивированным убивать русских, коварным противником. Его недооценка в итоге привела к неоправданным потерям наших сил и шоку первого этапа. Быстро не получилось, в ход пошёл сценарий игры вдолгую. Это осознали и на Украине. Интересно и примечательно мнение экс-заместителя командующего Сил Специальных Операций ВСУ генерала Сергея Кривоноса в недавнем интервью:

«Очень часто обсуждают слабые места российской армии, а наш президент Зеленский недавно рассказал, что мы вообще сломали хребет российской армии. На самом деле, на войне не нужно врать собственному народу. Я чётко смотрю на вещи с учётом своего 30-летнего опыта службы в армии, в разведке, анализирую и понимаю, что и как будет действовать. Мне ясно, что русские используют возникшую сейчас паузу, чтобы подтянуть ресурсы. Они уже изменили свою тактику применения своих войск, зная, что у нас появились средства высокоточного поражения, которые разрушают их логистическую систему и систему пунктов управления. Но они делают выводы из собственных ошибок и уже оттянули эти логистические пункты на ту дальность, куда мы не можем их достать. Наши удары наложили определённый отпечаток на действия российской армии, но она всё равно пока имеет достаточное количество артиллерийских боеприпасов, достаточное количество артиллерийских средств, и они имеют преимущество в количестве артиллерийского огня».

Вражеский генерал озвучил и признал, что российская армия приобрела опыт полномасштабных боевых действий на обширном театре боевых действий с применением практически всех современных систем вооружения. При этом пришлось и перестраивать тактику, и пересматривать странные сценарии «открытых дверей», когда ВСУ наносили точные удары по складам боекомплектов и расположениям частей ЛДНР и российской армии. Вопрос, почему это не делалось раньше, остаётся открытым. Из той же серии безалаберности, граничащей с преступлением, и истории февраля-марта. Блогер Александр Милькович с сарказмом поинтересовался:

«Скажите, какое училище мне надо закончить, и какое звание получить, чтобы я мог:

а) гнать маршевые колонны без прикрытия с воздуха под удары;

б) оставлять голыми тылы, в которых колонны снабжения и инженерные колонны оставались на растерзание бойцам тербатов и ВСУ?».

Эти ошибки, как и недооценка сил и настроений противника, нехватка собственных сил, привели к тому, что 29 марта наступление на киевском, а затем и на сумском направлениях выдохлось. Героические высадки десанта в окрестностях Киева, выход техники к его пригородам — Вышгороду, Броварам, Буче, Ирпеню, многочисленные подвиги бойцов российских войск останутся славными, но горькими страницами СВО. Какими были другие факторы — предательство, вредительство, можно только строить предположения. Но что-то пошло не так, и началась битва за Донбасс.

«Побеждать не числом, а умением»

Самую высокую мотивацию и умение воевать в труднейших условиях показали ополченцы Донбасса: все, кто своей спиной прикрывал Россию от украинской ненависти и террора долгие восемь лет, несмотря на навязанные и не работающие «перемирия» и «режимы тишины», несмотря на категорический запрет на ведение огня по украинским боевикам даже в самые жёсткие моменты. Таких, «несмотря на», было очень много. Но простые, отважные, в неказистых формах-«цифрах» и без супероружия парни-работяги, обычные жители, вывезли на своих плечах страшные по интенсивности бои и обстрелы. А мобилизованные были брошены в бои с трёхлинейками и в железных касках, без бронежилетов, без опыта — против наглых и сытых украинских боевиков и иностранных наёмников. И смогли. И устояли. И шли в атаки первыми: не за спинами, а впереди российских войск. Во многих семьях больше не осталось мужчин — они погибли в боях за Волноваху, Мариуполь, Рубежное и Попасную, Северодонецк и Лисичанск, другие города и совсем маленькие, никому не известные посёлки. С фотографий памятников и крестов на огромных, почти бескрайних кладбищах смотрят и пожилые воины, ушедших воевать за Донбасс и Россию в свои 60 лет, и красивые волевые мужчины в расцвете сил, и совсем юные мальчишки 19—22 лет, которые восемь лет назад были подростками. Если бы 8 лет назад началась СВО, большинство из них были бы живы, и всё могло быть иначе. Но не случилось...

Российские, донецкие, луганские воины теперь связаны вместе больше, чем только родством по крови. Они стали фронтовым братством, где подвиг — один на всех. ВСУ были выдавлены из Луганской области. В Донецкой области быстро продвигаться не удаётся: и из-за плотной городской застройки, и из-за глубоко эшелонированной обороны, которую создавали восемь лет и держат опытные и обученные иностранными инструкторами части ВСУ, Нацгвардии и наёмники. По разным данным, их, вместе с теробороновцами — от 50 до 70 тысяч человек. С учётом сложившейся обстановки и с целью минимизации потерь штурмующих батальонов, российское командование сделало акцент на подавляющем огневом превосходстве. В результате противник несёт значительные потери в живой силе и технике. За шесть месяцев удалось уничтожить или проредить боеспособные подразделения ВСУ, их командование и технику. Эти потери украинский генштаб спешно восполняет мобилизованными и боевиками теробороны, или, как их ещё называют, «пушечным мясом Украины».

Где будет сидеть засадный полк?

Мирные жители Донбасса за полгода СВО продолжают гибнуть и страдать, находясь в эпицентре боевых действий. По статистике на 1 июля, в ДНР общее число погибших граждан ДНР за 6 месяцев — 2 934, ранены — 11 681 человек. С начала спецоперации населённые пункты республики подвергались обстрелам со стороны Украины 7 967 раз — в среднем по 45 раз в сутки. Согласно официальным данным, с 24 февраля в ДНР обстрелами ВСУ были повреждены 6 128 жилых домов и 1 368 объектов инфраструктуры: школ, больниц, предприятий и т.д. В ЛНР — 2 300 и 195. Статистики по потерям в ЛНР нет. В отношении Донбасса ВСУ и Зеленский продолжают вести геноцид и применять тактику «выжженной земли» повсеместно. Кроме этого, города лишены воды практически полностью, разные районы постоянно испытывают проблемы с электричеством и связью.

Получив западное дальнобойное вооружение, украинские боевики устраивают огненный ад в городах ЛДНР и на освобождённых от ВСУ территориях Херсонской, Харьковской и Запорожской областей. Почти каждый день обстреливаются или подвергаются рейдам диверсантов приграничные российские регионы. Идёт борьба с бандеровским подпольем и украинскими шпионами в разных российских городах. Несколько атак было предпринято на Крым. Теракты в России, чудовищное убийство Дарьи Дугиной, многочисленные акции устрашения, расправы и убийства пророссийских управленцев и актива на освобождённых территориях, обстрелы Запорожской АЭС, умышленные поджоги полей и гражданских объектов — всё это стало обыденностью. Аргументов для продолжения спецоперации и доведения её до безоговорочной победы становится больше с каждым днём и даже часом. Только полная демилитаризация и демонтаж украинской системы разрядит обстановку. Время для полумер прошло, а переговоры могут вестись только о капитуляции украинского режима. И градус противостояния начнёт повышаться.

Представитель Путина в Крыму Георгий Мурадов вчера заявил, что «с учётом не только ударов по Крыму, но и непрекращающихся обстрелов Запорожской АЭС, дамбы Каховского водохранилища, мирных объектов на территории России, ДНР и ЛНР, сложились все предпосылки, чтобы квалифицировать действия бандеровского режима как террористические». По словам Мурадова, «это ставит на повестку дня политический вопрос об изменении формата специальной военной операции».

В унисон с ним выступил и глава Чечни Рамзан Кадыров, пообещавший сюрпризы для ВСУ и Киева. «Я очень сильно готовлюсь и мы готовимся сильно», — рассказал Кадыров и добавил, что «когда будет приказ, остановить запущенный механизм будет очень сложно». Вероятно, речь всё же пойдёт о наращивании сил и средств. Ограниченная численность участвующих в СВО российских войск позволяет проводить локальные операции, но крупных котлов создать так и не удалось.

Что касается техники, то она сейчас снята с мест хранения и отправлена на фронт. Причём, в количестве, вызывающем панику у украинских «говорящих голов». Но остаются вопросы: когда будут обещанные удары по центрам принятия решений в Киеве и по логистическим маршрутам, где именно проходят пресловутые «красные линии» и как скоро наступит «час икс»? А пока придётся сжать кулаки, верить в нашу победу и приближать её всеми силами.

Центр правовой и социальной защиты
ТЕМА ДНЯ
antifashisttm
Антифашист ТВ antifashisttm antifashisttm