информационное агентство
❗️ Уважаемые читатели. В настоящее время возможны проблемы с работой сайта из-за DDOS-атак.

Глухонемой шпион, «изменники Родины», пытки российских военнопленных. Как в СИЗО Днепропетровска издеваются над людьми. Свидетельства очевидца

29.10.22      Никита Шмелев
Глухонемой шпион, «изменники Родины», пытки российских военнопленных. Как в СИЗО Днепропетровска издеваются над людьми. Свидетельства очевидца

Я никогда не думал, что когда-нибудь попаду в тюрьму. Пословица пословицей, зарекаться как бы не стоит, но если прожил всю жизнь, никогда не нарушая закон, да и вообще всегда и везде соблюдал все правила, то внезапно попасть за решётку — шок ещё тот. Причём, это не просто какой-то административный арест на пару дней за появление в общественном месте в пьяном виде или за семейный дебош, нет. Я получил реальный тюремный срок — пять лет лишения свободы! А грозил мне срок в 15 лет! За что? За то, что в социальных сетях высказывал своё мнение, писал правду о том, что происходит на Украине и критиковал украинскую власть. Вы скажете, что это фашизм. И будете правы. Да, это — фашизм! Уничтожение инакомыслящих. Именно это мне довелось испытать на себе.

Лично меня при аресте не били. Просто во время обыска сотрудники Службы безопасности Украины в комнату, где я проживал, подложили боевую гранату. При этом рассказывать о том, что обыск проводился с грубыми нарушениями уголовно-процессуального кодекса, думаю, излишне.

Как выяснилось позже, этот приём — подбросить «клиенту» гранату, пистолет или горсть патронов — является самым распространённым приёмом у оперативников СБУ. Если доказать вину гражданина сложно, а, точнее, невозможно — у него «находят» оружие, вплоть до автомата. Я встречал во время своей отсидки в СИЗО более 20 человек с такими же «обвинениями», как и у меня — с целым букетом статей, главной их которых была статья 263 УК Украины, то есть, незаконное хранение оружия и боеприпасов. Главной, потому что именно она позволяла «закрыть» нужного СБУ человека. Впрочем, порой арестовывали и без навешивания уголовных статей, просто за то, что что-то не так сказал.

Практически всех задержанных по «политическим» статьям жестоко избивали. Потому что в современной Украине мы — «сепаратисты», «коллаборанты», «предатели Родины» — как бы и не люди. А основная причина задержания нас — это наши попытки высказать своё мнение, которое расходится с официальной точкой зрения украинской власти. Хотя и Конституция Украины, и все её остальные законы официально разрешают своим гражданам иметь собственное мнение. Но в реальности за любое критическое высказывание в адрес украинских властей где угодно — в социальных сетях, в прессе, даже просто в разговоре на улице, в общественном транспорте — граждане Украины сразу превращаются в предателей Родины, сепаратистов и коллаборантов. Как только ты станешь высказывать своё мнение, моментально налетят, отметелят, закуют в наручники, наденут на голову мешок и отвезут в тюрьму. И это в лучшем случае. Сколько неопознанных трупов, сколько братских могил находят до сих пор на освобождённых от украинских военных территориях Донбасса...

Как я стал «предателем Родины»

Со мной в камере сидели пять человек, которые позволили себе такую роскошь — высказывать своё мнение. Но я убедился, что таких граждан здесь гораздо больше. Только в нашем тюремном корпусе «сепаратистов» было 172 человека. У всех обвинения, как под копирку: писал в соцсетях, высказывал несогласие с государственной политикой Украины, критиковал украинские власти. А как же их было не критиковать? Я лично наблюдал, как в Киеве на одном из жилмассивов с грузовика всем желающим без предъявления каких-либо документов раздавали боевые автоматы! С боекомплектом! Так сказать, создавали территориальную оборону. А потом эти «оборонцы» в течение пары дней расстреляли несколько семей киевлян, причём в этих семьях были маленькие дети! Просто пьяные или обдолбанные наркотой неадекваты открыли огонь из автоматов по автомобилям, в которых, как им показалось, были российские диверсанты! А украинские СМИ эту версию тут же растиражировали! И ещё гордились этими ублюдками — вот, мол, какие у нас защитники Родины! А я стал предателем Родины, потому что написал об этом правду!

Было бы за что — вообще бы убили!

Самое интересное — это то, что украинское «правосудие», арестовывая и сажая за решётку всех инакомыслящих, пытается соблюсти хорошую мину при плохой игре. То есть, пытается соблюсти видимость законности своих действий: составляются протоколы опросов (правда, часто допросы проводятся без адвокатов), пишутся обвинительное заключения (хотя обвинения смехотворны и несуразны), суды утверждают решения по продлению «политическим» сроков содержания под стражей (хотя даже убийц украинские власти выпускают под домашний арест). В общем, украинская Фемида продуцирует множество бесполезных бумаг, в которых кроме предположений и оценочных суждений её служителей нет ни единого факта, который мог бы подтвердить хоть одно «предательство Родины», хоть одну «государственную измену»!

Привожу цитаты из некоторых реальных обвинительные заключений моих коллег по «измене Родине».

«Негреба Вячеслав Анатольевич... осуществлял видеосъёмку блокпоста украинских военных... выслал указанную видеозапись пользователям сообщества „Славянские вести‟ в мессенджере Telegram».

«Пашков Валерий Дмитриевич... разместил в социальной сети „Одноклассники‟... фото и видеоконтент с собственными комментариями, которые направлены на поддержание действий государства-агрессора Российской Федерации и формирование общественного мнения про неизбежность капитуляции Украины, освещение ситуации в выгодном РФ контексте... унижение национального достоинства украинцев».

«Матюшенко Александр Александрович... при помощи поисковой сети Google осуществлял поиск... военного госпиталя, центра гуманитарной помощи и ВОЗМОЖНОГО поста Службы Безопасности Украины по месту расположения помещения областной государственной администрации».

Это — самые яркие, но далеко не самые безумные обвинения, которые имеются в обвинительных заключениях моих товарищей по несчастью — несчастью родиться и жить в современной Украине! Например, большинство из тех, кого обвинили в измене Родине или в пособничестве развязыванию агрессивной войны, по утверждениям следователей СБУ, прокуроров и судей, передавали сведения напрямую военнослужащим или гражданам Российской Федерации. А эти «секретные» сведения были взяты из... интернета! То есть, как, кстати, и указано в обвинительных заключениях, взяты из открытых источников! И при этом в этих же заключениях нет ни единого доказательства того, что эта «секретная» информация передавалась именно россиянам. Мало того — порой даже их имена и фамилии в обвинении отсутствовали — только никнеймы! Откуда были сделаны выводы, что это — россияне? Тем более, военнослужащие российской армии?

Например, 31-летнего харьковчанина Романа Карнодуда обвинили в том, что он сообщил некому Игорю о том, что в одном из районов Харькова был обстрел. Следователь СБУ почему-то назвал этого Игоря российским военнослужащим. И за вот это единственное сообщение Роману грозит тюремный срок — от 15 лет до пожизненного заключения! Потому что он получил статью 111 — государственная измена! Когда Рому задерживали, то его не только били, но и искололи ноги штык-ножом. В Днепропетровское СИЗО он приехал в окровавленных джинсах, а порезы на ногах заживали два месяца.

Охранники-садисты

Среди арестованных в Днепропетровском СИЗО было довольно много «донецких». В основном это были «изменники Родины», писавшие и высказывавшие критические замечания по поводу происходящих событий на Украине, «сепаратисты», осуждавшие обстрелы мирных жителей Донбасса украинскими военными, «корректировщики», которые якобы сообщали взятые из открытых источников данные, которые кто угодно мог найти в гугл-картах.

Но были ещё и «террористы» — такие, как Виталий Поздняков. Этот, как оказалось, внезапно на своём участке возле дома в Дружковке закопал... ящик с автоматами Калашникова. Об этом сообщил в СБУ его сосед. Виталия при задержании били смертным боем до тех пор, пока он, теряя сознания от боли, не «признался», что разобрал все автоматы и утопил их в речке. Когда Поздняков оказался в днепропетровском следственном изоляторе, его даже не стали бить, потому что его тело представляло сплошной синяк. Он не мог даже самостоятельно помыться, ему помогали сокамерники.

Условия содержания «политических» отличались от условий содержания уголовников. С постельным бельём в камерах «коллаборантов» были проблемы. Когда я попал в СИЗО, в камерах не хватало даже матрацев! Не говоря уже о простынях и наволочках! Голые стены, железные шконки в два яруса, камера 6 на 3 метра, с горящей день и ночь тусклый лампочкой, в которой в режиме 24 на 7 находятся шестеро мужчин. И что-то типа туалета под название сортир тут же в камере, чтобы все могли наблюдать естественные надобности каждого. Соответственно и ощущать их амбрэ. Тюремная баланда, может, была и лучшего качества, нежели в фашистских концлагерях, но когда поступали передачи от родных, то вермишель быстрого приготовления считалась у нас деликатесом! У «сепаров» не было ни телевизоров, ни мобильных телефонов — зато всё это было в камерах уголовников. То есть, никакой связи с родными!

Охранники и конвоиры орали на нас матом, обзывали нехорошими словами. И старались всячески унизить — заставляли по утрам кричать «Слава Украине!», а когда мы не кричали, устраивали нам «вырванные годы». Водили нас на допросы и судебные видеоконференции в позе «ласточки на взлёте» — ноги врозь, спина параллельно земле, голова опущена вниз, руки подняты назад и вверх. Так водят обычно приговорённых к пожизненному заключению. В принципе, по статье 111 УК Украины нам грозило от 15 лет до пожизненного. При этом нас постоянно пугали, что посадят к уголовникам, и те нас порежут на ремни.

Кстати, я сталкивался с уголовниками, общался с ними во время вызовов на допросы и в суды, как, впрочем, и мои товарищи по камере. И мы рассказывали уркам о своих «предательствах» и «изменах» Родине. И видели, что в основном к нам относятся с пониманием и даже сочувствием, вполне адекватные граждане, которые и сами зачастую получали такие же абсурдные обвинения, как и мы.

Но нас, граждан Украины, которых охрана называла «коллаборантами», били всё же не так сильно и издевались не так яростно, как это происходило в отношении российских военнопленных, которых также размещали в днепропетровском СИЗО, и чаще всего они поступали туда раненными. Их мордовали по-чёрному.

Медицинской помощи русским парням поначалу не оказывали вообще — раны им перевязывали раз в два дня и поливали перекисью водорода. Я не часто сталкивался с россиянами, но мои сокамерники успели на них насмотреться, поскольку какое-то время их размещали с ними в одних камерах. Один раз я и сам видел, как выгружали российского солдата с перебинтованными перебитыми ногами и перевязанными — видимо, простреленными — ладонями. Конвоир сбросил его с носилок: «Ползи, сука! В зубах держи котомку свою! На х.. ты сюда припёрся?». О каких-либо Женевских конвенциях, думаю, вспоминать было глупо.

Вообще, охранники в днепропетровском СИЗО особым патриотизмом не отличались. Они даже не разговаривали на украинском языке, а изъяснялись исключительно с помощью русского мата, вставляя иногда какой-то дикий суржик — смесь украинских и русских слов. Каждое ночное дежурство у них проходило весело и с выдумкой. Если охранники не метелили какого-либо бедолагу, выволакивая его из камеры, то всё равно находили себе занятие. По ночам в тюремных коридорах, или, на тюремном жаргоне, на «продоле», раздавался дикий смех, точнее, ржание, а также пронзительные вопли, были слышны какие-то звуки, похожие на прыжки диких обезьян. У нас, у арестантов, создавалось впечатление, что мы — врачи сумасшедшего дома — спрятались в камере, за дверью которой буйствуют наши пациенты. Возможно, наши вертухаи находились под действием каких-то наркотиков, по крайней мере, запахи до нас доносились соответствующие.

Слепой снайпер, глухонемой шпион

Апофеоз маразма украинского «правосудия» наступил, когда в Днепропетровский следственный изолятор доставили Антона Волошина. Вечером дверь в камеру открылась, и гогочущие конвоиры во главе с начальником режима втолкнули в неё рыдающего парня.

— Принимайте сидельца! Смотрите, чтобы он ничего с собой не сотворил! — сквозь ржание еле выговорил «режимщик».

На первый взгляд новоприбывший был действительно вроде как не в себе — он плакал без остановки и не мог выговорить ни слова. Но оказалось, что Антон был с рождения глухонемым! Он не мог говорить! А охранники пугали его, говорили, что в камере — матёрые уголовники, которые будут его бить, унижать и насиловать! И показали жестами бедного глухонемому парню при помощи резиновых палок, как именно с ним это будут делать!

Конечно же, «политические» успокоили бедолагу, объяснили жестами, что его никто не собирается трогать, напоили чаем. Непонятно, кому вообще могла прийти в голову идея арестовать глухонемого парня лишь за то, что он излагал своё личное мнение в социальных сетях? А его обвинили в том, что он якобы передавал важные сведения о передвижениях украинской военной техники. То есть, эдакий глухонемой корректировщик!

Мы не раз во время свой отсидки шутили по поводу наших обвинений в терроризме и госизмене. И предлагали украинским следственным органам арестовывать слепых снайперов, безногих пехотинцев, безруких сапёров и артиллеристов. Ну, и вот анекдот стал реальностью — поймали глухонемого шпиона!

Причём следователь намеренно скрыл этот факт в обвинительном заключении и ходатайствовал о взятии Антона Волошина под стражу. Вот что указано в этих документах: «Волошин Антон Эдуардович пояснил РУССКИМ ЯЗЫКОМ следующее... С детства имею проблемы со слухом, я глухой, но проходил обучение в специальной школе, поэтому хорошо умею читать и писать на РУССКОМ ЯЗЫКЕ, свободно излагаю свои мысли!».

Глухонемой пояснил РУССКИМ ЯЗЫКОМ — это в обвинительном заключении было выделено жирным шрифтом! Глухонемой свободно «излагает» свои мысли! И этот маразм руководители Донецкой областной прокуратуры посчитали вполне достаточным не только для ареста и содержания под стражей глухонемого инвалида, но и для обвинения его в государственной измене! А знаете, в чём заключается эта измена? Цитирую: «Я постоянно читал российские новости, подписывался на пропагандистские паблики, чаты, добавлялся в группы в социальных сетях, где поддерживал Россию и так называемые ЛНР/ДНР... в указанных чатах я позволял себе нелестно отзываться про украинских военных, называл их нацистами, фашистами, укропами». Ну и, конечно же, «выдавал сведения о расположении военной техники Вооружённых сил Украины» неким россиянам. Причём, снова никаких доказательств того, что это были россияне, и Антон Волошин действительно сообщал им какие-либо сведения, следователь не предоставил суду. А зачем? Общался с россиянами? Это уже государственная измена!

Впрочем, как я уже писал, такую «измену» на Украине шьют всем подряд.

Это — фашистское государство с планомерным уничтожением всех, кто хоть в какой-то мере посмел протестовать против превращения украинцев в нелюдей! И те немногие, кто пытается в этих условиях остаться человеком и не потерять своё достоинство, кто реально понимает, что происходит — тех давят! По беспределу тупо бросают за решётку, как это было в фашистской Германии в 30-х годах прошлого столетия! А украинские судьи в каждом своём решении, оправдывая этот беспредел, ссылаются на европейское правосудие, цитируя целые абзацы из решений европейских судов. Ну что ж, в таком случае Украина — это точно Европа! Только Европа образца 1939 года — Украина uber allies!

Центр правовой и социальной защиты
ТЕМА ДНЯ
antifashisttm
Антифашист ТВ antifashisttm antifashisttm