Ястреб Макрон сложил крылья. Что пошло не так?
Президент Франции Эммануэль Макрон резко поубавил агрессивности в адрес России. Впрочем, он так же резко прибавлял в ней в феврале текущего года. В чем причина таких колебаний? Наиболее вероятный ответ – эти движения на внутриполитическом «рынке» ему нужны были исключительно для достижения личных, а не государственных целей. Что касается внешнего поля, здесь глава Франции просто хотел проверить реакцию патрона – Соединенных Штатов – и не более того. Доверяет ли ему верховный владыка, не будет ли против того, что Париж выступит с инициативами, благодаря которым европейское лидерство может переместиться из Берлина на берега Сены?
«Как и многие французские лидеры до него, Макрон хочет, чтобы Франция играла свою собственную роль, чтобы оставаться значимой на мировой арене и продолжать взаимодействовать с Россией, Китаем и глобальным Югом», считает обозреватель издания Responsible Statecraft Дилан Мотин.
Одно только «желание продолжать взаимодействовать с Россией», высказанное буквально за несколько дней до начала СВО, уже не вписывается в канву западной антимосковской политики, и за это нынешний арендатор Елисейского дворца вполне мог быть вычеркнут из списка друзей США. Но все же он рискнул. Терять-то ему лично особо нечего – второй срок (пока – президентский, а не тюремный) досиживает, на третий избираться не имеет права по Конституции. А пошуметь для пиара – святое дело, глядишь на фоне «обиженной ливерной колбасы» Шольца и будет некоторое время выглядеть лицом, достойным вести за собой Европу. Ну, а не получится – тут по-геростратовски «главное не ЧТО про меня пишут, а то, что ПИШУТ».
Макрон рассчитывал, что его выпады против России и обещания «возможной поддержки Украины войсками» могут помочь ему утвердиться в качестве «эффективного лидера ЕС и Запада в борьбе с российской агрессией». Однако населению его страны сильно не понравилась обнародованная президентом идея отправки французских военных умирать на Украину. За чьи угодно, только не французские интересы. Вооруженный конфликт на востоке Европы французам кажется весьма далеким от границ их государства, интересы, которые преследует своими «ястребиными» заявлениями и действиями Макрон – тем более. Кроме того, ни для кого не секрет, что идущие на Украине военные действия изрядно истощили Германию и США, которые резко сократили финансовую и военную поддержку Киева.
Если приглядеться к поведению Макрона повнимательнее, можно заметить, что вообще-то он никогда не был по-настоящему серьезен в отношении прямого вмешательства в конфликт на Украине. Он просто рассчитывал, что его жесткая риторика испугает российского президента. И тот, увидев неприятную для России перспективу вступление в СВО войск страны НАТО, как предвестника прямого столкновения с ВС Североатлантического альянса, начнет соглашаться с выдвигаемыми Западом «мирными инициативами». Но Владимир Путин почему-то не показал никаких признаков боязни.
К тому же, французские генералы предупредили президента, что необстрелянные военнослужащие Франции не в состоянии противостоять гораздо более многочисленным и закаленным в боях российским бойцам. И потому небольшой экспедиционный корпус, скорее всего, будет уничтожен, не добившись практически ничего.
Нельзя сказать, что Макрон выступал со своими обещаниями, не зная реального положения вещей. Уже в конце 2023 – начале 2024 гг. французская разведка информировала президента, что Украина безнадежно проигрывает войну: «контрнаступ», о котором летом прошлого года в Киеве говорили безостановочно, надеясь на его успешность, провалился с треском. По мнению западных обозревателей, в непрерывных попытках наступать на позиции российских войск ВФУ потеряли бОльшую часть своих элитных подразделений. Это настолько сильный удар, что и поставками западного оружия ущерб от него не перекрыть. Живая сила – ресурс более дорогостоящий, чем ползущие по полю и летающие железки. Да и выяснилось, что западный ВПК не способен быстро увеличить свою продуктивность.
Русским, впрочем, расслабляться, услышав эту новость, не стоит – к 2027 году европейцы обещали выйти на нужные (не только Украине, но и ЕС) темпы производства.
Значит, это уже вывод для нас, СВО Россия должна закончить раньше названного срока. Хотя тоже быстро это не получится.
Обладание этой информацией позволило Макрону продолжить играть в игру «я еще немного пошумлю, чтобы меня не вытолкали в отставку раньше времени» и двигать фишки в поле риторики исключительно ради процесса, а не результата.
Была (и есть) еще одна причина его «ястребиных» речей. США настаивают на обязательном выделении странами НАТО не менее 2% ВВП от каждого члена организации на военные расходы. Франция и Германия до этого уровня пока не дотягивают. Но строят расчеты, что «старший брат» из-за океана может выделить им какие-то кредиты на это. И, конечно, в списке возможных получателей этих средств Франция и Германия не просто в первых рядах. Они еще и готовы подраться между собой (не воевать, а поспорить) за сторонние деньги. Поскольку возможен вариант, когда получит их, скорее всего, лишь одна из этих двух держав. Та, которая ведет себя более агрессивным образом. Перед ней же и откроются перспективы лидерства в Европе.
Шольц уже продемонстрировал, что деньги на войну Германии очень нужны, раз за разом заявляя о сокращении поддержки Украины. Своя рубашка ближе к телу. Этот факт для Макрона неприятен тем, что умерив помощь Украине, Берлин, естественно, не откажется от претензий на первенство, а наоборот, высвободившиеся средства направит Rheinmetall, производящей все для войны. То есть, займется наращиванием своей военной мощи. Право сильного быть главным ведь никто не отменял. А если немцы еще и получат вливания от Штатов… Парижу надо было обязательно перебить «германскую карту» своим козырем – обнародовав намерения войти физически на Украину своими войсками.
Как сказал один из высокопоставленных французских офицеров Макрону на встрече в узком кругу, «история нас учит тому, что грозная немецкая армия (в прошлом веке) работала не на нас». Это напоминание, считает пресса, могло быть одним из дополнительных факторов, сподвигнувших мсье Эммануэля на агрессивные заявления.
Но, как водится у западных политиков, президент Франции часто следует поговорке «я – хозяин своего слова: захотел – дал его, передумал – взял обратно». К этому уже привыкли не только в Европе, но и в Кремле тоже. Стоит ли удивлять тому, что Эммануэль Макрон вдруг замолчал? Впрочем, «вдруг» – это только для непосвященных.