информационное агентство

Звонок недругу

Звонок недругу

Министр иностранных дел Украины Дмитрий Кулеба надел самую нарядную вышиванку, которая досталась ему от ныне покойного дедушки, потренировал перед зеркалом зверское выражение лица и заказал разговор с Кремлём через коммутатор. В украинском внешнеполитическом ведомстве до сих пор есть коммутатор с настоящими проводами, штекерами и аппаратурой засекречивания (ЗАС), оставшейся со времён СССР.

Более современное оборудование, в частности мобильники с наклейкой «Собственность правительства США», есть лишь у избранных. К примеру, у зама Кулебы Енина. Тот очень гордится этой мобилой, часто достаёт её из штанов и даже делает вид, что пишет эсемески единственному абоненту, забитому в память — Джорджу Кенту (заместитель помощника госсекретаря США по делам Европы и Евразии). Он у него забит как «американский побратим».

Кулеба люто завидует Енину, не раз обращался в посольство США в Киеве с просьбой обеспечить ему «прямую спецсвязь с Вашингтоном», однако из-за интриг Офиса президента, того же Енина и технички тёти Зины мобилу с прямым номером ему не присылали. Вот и сейчас надутый от собственной гордости зам без стука вошёл в кабинет, многозначительно повертел мобилой, озаботился уровнем заряда и, между делом, передал «месседж» от Кента: позвонить министру государства-агрессора Лаврову и жёстко предупредить его насчёт провокаций на линии разграничения в виде убийства — циничного и «зухвалого» — военнослужащего ВСУ.

Издалека показав список входящих звонков в качестве доказательства интимной связи между ним и Кентом, Енин нахально сожрал печеньку, стащил зарядку Кулебы и удалился пить кофе. «С...ка!», — подумал глава украинского внешнеполитического ведомства. Что подумал Енин — неизвестно. Но он на всякий случай показал фак из-за спины.

Вот именно после этого Кулеба надел вышиванку покойного дедушки и стал гримасничать перед зеркалом. На курсах повышения эластичности сфинктера в сфере международной дипломатии, которые окончил министр индел в Нидерландах, особо настаивали на хорошей подготовке перед важным разговором. Для этого надо было сходить в туалет, а затем с чистым мочевым пузырём потренировать подходящее случаю выражение лица. Преподаватель с позывным «Дин» говорил, что это помогает ментально подавить соперника. Хотя сам Дин ментально не сумел бы подавить даже чихуахуа, поскольку: а) был косым от рождения; б) постоянно накуренным.

«Чёрт, посцать забыл!», — вспомнил заветы наставник Дмитрий и резко вернулся к персональному толчку. На столе, как назло, затрезвонил телефон спецсвязи. Резкие звонки аппарата подняли бы и мёртвого дедушку, у которого Кулеба позаимствовал вышиванку с почти незаметными жёлтыми пятнами на спине. Роняя последние капли на старинный паркет кабинета, министр бросился к телефону. «Вы говорите с главой внешнеполитического ведомства и от имени европейской, независимой Украины...», — начал Кулеба. «Я знаю, — ответил сварливый женский голос, — это с коммутатора, пока не удаётся соединить с Кремлём, поскольку постоянно попадаем на КГБ Беларуси, которое пытается задокументировать факты вмешательства во внутренние дела Лукашенко, оставайтесь на линии». И барышня резко отключилась. Кулеба в недоумении посмотрел в гудящую трубку. «Как это — оставайтесь на линии?», — напряжённо размышлял он, заправляя вышиванку в брюки.

Запиликал мобильник министра. Всё тот же женский голос сварливо посоветовал ему положить трубку аппарата, поскольку было соединение с Кремлём, однако Кулеба его про...л и пусть он сначала научиться пользоваться телефоном и только потом отрывать занятых людей от дел. «А может, передать чего просили?», — робко поинтересовался глава МИДа. «Ответили, что ошиблись номером, вам надо в министерство иностранных дел РФ звонить!», — ответила барышня с коммутатора и без предупреждения отключилась. «Точно, у них же Лавров сидит отдельно!», — осенило Кулебу.

Он решительно снял трубку аппарата с тризубом. «Чего тебе?», — недружелюбно ответила трубка уже другим женским голосом, но не менее склочным. «Соедините меня с главой МИДа Лавровым, немедленно!», — стараясь придать своему голосу начальственные нотки, прохрипел Кулеба в мембрану. Заиграла музыка. Помимо воли, Дмитрий стал пытаться угадать композицию. «Вроде „Времена года” Вивальди... Или это Страдивари? Хотя нет, тот бы скрипач», — думал глава дипломатии нации, одновременно пытаясь скорчить зверское выражение лица. Внезапно музыка прервалась, и хорошо поставленный женский голос доверительно сообщил Кулебе, что «абонент вне зоны доступа, но просил передать, чтобы он шёл на х...». И в конце оптимистично: «Ваш звонок очень важен для нас». «Спасибо большое!», — растерянно пробормотал министр в ответ. Потом спохватился, положил трубку и громко заорал: «Агрессор гибридный!».

Уняв дрожь в отдельных конечностях, глава украинской дипломатии вызвал пресс-секретаря. Раньше это была пресс-секретарша, но жена попалила тему и пришлось сменить пол у медиа-обслуги. Вошёл чувак с признаками раннего облысения и фурункулом на правом ухе. «Пиши!», — властно приказал министр и прошёлся кавалерийским шагом, припадая на правую ногу, по кабинету. Собрался с мыслями и стал бодро диктовать текст, поглядывая на фурункул пресс-секретаря: «В ходе своего визита в Румынию собираюсь жёстко обсудить с премьер-министром и главой МИД этой страны убийство украинского военного на Донбассе и ситуацию с безопасностью на востоке Украины». «Блин, да выдави ты уже этот грёбаный прыщ!», — подумал Кулеба и продолжил: «Коварное убийство украинского военнослужащего, каждая смерть и ранение не останутся безнаказанными». Лысоватый недоумённо посмотрел на Кулебу, но ничего не сказал. Только фурункул стал фиолетового цвета. А главу дипломатии нации пробило на лирику. «Отправляюсь сейчас в давно запланированный визит в Румынию. Но, честно говоря, мысленно совсем не там, а на линии фронта на востоке Украины... Каждая смерть и ранение не останутся безнаказанными. Для достижения этой цели МИД работает с нашими международными партнёрами. Дипломаты качественно делали, делают и будут делать свою работу по противодействию российской агрессии», — продиктовал он и выжидательно посмотрел на пресс-секретаря. «Шо за бред!», — подумал носитель фурункула, а вслух заверил: «Гениально!».

Кулеба пришёл в хорошее расположение духа и, насвистывая чардаш, отправился собирать вещи. Он пребывал в полной уверенности, что чардаш — это национальный гимн Румынии.

Центр правовой и социальной защиты
ТЕМА ДНЯ
antifashisttm
Антифашист ТВ