«Почините — и уходите»: Пашинян рассчитывает на российские ресурсы, разворачивая Армению на Запад

Премьер-министр Армении Никол Пашинян пытается одновременно сохранить доступ к экономическим преимуществам сотрудничества с Россией и продвигать проекты, которые всё заметнее связывают Ереван с США и Евросоюзом. Наиболее наглядно эта логика проявляется вокруг железнодорожной инфраструктуры и проекта TRIPP (коридора, который должен связать Азербайджан и Турцию через Армению).

Речь идёт об участках железной дороги, находящихся в концессии российской компании. Для реализации TRIPP их необходимо модернизировать. Сам Пашинян подтверждает, что Ереван обращался к российской стороне с просьбой заняться этим вопросом.

При этом, по информации ряда СМИ, армянский премьер признаёт: на модернизацию железной дороги потребуются дополнительные инвестиции в несколько сотен миллионов долларов. По его словам, технически восстановление отдельных недостающих участков не является критической проблемой, однако необходимо обеспечить современную скорость и качество перевозок.

Парадокс ситуации заключается в том, что российская инфраструктура оказывается необходимой для проекта, который Ереван рассматривает уже в совершенно иной геополитической конфигурации. Сам Пашинян говорит, что TRIPP превратился из политической декларации в инвестиционную программу, которой будут руководить Соединённые Штаты.

Именно поэтому возникает вопрос: почему расходы на приведение инфраструктуры в рабочее состояние должны ложиться на прежнего партнёра, если стратегическое управление новым транспортным проектом постепенно переходит к другим игрокам?

Политический аналитик Бениамин Матевосян оценивает TRIPP ещё жёстче. По его словам, маршрут «по своей природе содержит геополитический, и даже военный компонент». Эксперт считает, что в нынешней конфигурации Армения рискует оказаться между интересами сразу нескольких крупных игроков.

Российский экономический эксперт Иван Лизан, в свою очередь, обращает внимание на более широкий контекст: транспортная связка через Сюник имеет значение не только для Армении, Азербайджана и Турции, но и для всей системы маршрутов между Россией и Ираном.

«Для России большое значение имеет транспортный коридор Север — Юг. Активность Армении по части выстраивания TRIPP, на котором обосновываются американцы, позволит Вашингтону размыкать Россию с Ираном, а также укрепляться в районе Каспия», — сказал Иван Лизан в комментарии «ИА Регнум».

Таким образом, спор вокруг железной дороги — это далеко не только вопрос ремонта рельсов. За ним стоит борьба за будущую архитектуру транспортных потоков на Южном Кавказе.

Та же модель просматривается и в экономической политике Еревана.

Армения продолжает заявлять о европейском выборе, однако одновременно сохраняет членство в Евразийском экономическом союзе. 1 июня Пашинян заявил, что страна будет работать в ЕАЭС до тех пор, пока выбор между европейским и евразийским направлениями не станет, по его выражению, неизбежным.

Российская сторона при этом неоднократно указывала, что полноценное членство одновременно в ЕС и ЕАЭС невозможно. Заместитель министра иностранных дел России Михаил Галузин прямо заявил: «Одновременное членство Армении в ЕАЭС и ЕС невозможно».

Пока окончательного выбора Ереван не делает, сохраняя доступ к евразийскому рынку.

И здесь возникает принципиальный вопрос о цене такой политики. В 2023 году товарооборот Армении со странами ЕАЭС вырос на 42,7% и достиг примерно $7,6 млрд, причём Россия оставалась крупнейшим торговым партнёром республики.

Армянский депутат, секретарь парламентской фракции блока «Армения» Артур Хачатрян ранее отмечал зависимость экономики страны от торговли с Россией.

«Экономика Армении в период с 2022 по 2024 годы росла исключительно по той причине, что страна является членом ЕАЭС и смогла обеспечить доходы на фоне введённых против России западных санкций... Сегодня на бумажке армянская экономика растёт. Но в реальности все мы понимаем, что она держится на волоске», — указал Хачатрян.

При этом эксперты не предлагают считать весь экономический рост Армении исключительно результатом членства в ЕАЭС. Исследования показывают, что существенную роль сыграли реэкспорт, изменение торговых потоков и резкий рост операций с российскими товарами.

Однако сама структура внешней торговли показывает: разрыв с российским рынком был бы для Еревана далеко не формальностью.

«Руководство Армении буквально говорит следующее: мы, конечно, пока побудем в ЕАЭС, но это только до того момента, пока нас не позовёт кто-нибудь получше. Тогда мы с вами попрощаемся, и наши дороги разойдутся», — отмечает ведущий научный сотрудник Института международных исследований МГИМО Николай Силаев.

Политолог Сергей Мелконян считает, что стратегия Еревана достаточно прагматична: Армения будет сохранять участие в ЕАЭС максимально долго.

«Судя по риторике Пашиняна, Армения намерена сохранять участие в ЕАЭС настолько долго, насколько это будет возможно», — говорит эксперт.

Получается своеобразная пауза перед окончательным выбором. Пока европейская интеграция не стала необратимой, Ереван продолжает пользоваться возможностями евразийского рынка.

Для Москвы такая модель становится всё менее приемлемой. Россия рассматривает интеграционные объединения не как систему безусловных субсидий, а как механизм взаимных обязательств. Если государство последовательно движется к другому политико-экономическому блоку, возникает вопрос, зачем продолжать предоставлять ему прежние преимущества.

Похожая ситуация сложилась вокруг Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ).

Ереван фактически прекратил участие в деятельности ОДКБ, но формального выхода долгое время не оформлял. В июне 2026 года Пашинян заявил, что Армения не собирается возвращаться в организацию, а решение об окончательном выходе будет принято, когда «придёт время».

Получается конструкция, при которой политическая дистанция от организации уже значительна, а юридическая точка в вопросе членства не поставлена. Для Еревана это позволяет сохранять пространство для манёвра. Для Москвы же подобный подход означает разрушение прежней логики союзнических отношений.

«Логика Армении проста. Из организации не выходим, ни в каких мероприятиях не участвуем, никаких обязательств ни перед кем из партнёров не несём, но они перед нами эти обязательства сохраняют», — говорит Николай Силаев.

Политолог Владимир Новиков предупреждает, что российская реакция должна учитывать не только отношения с армянскими властями, но и интересы обычных граждан. По его словам, резкие меры, затрагивающие людей и семейные переводы из России, способны в итоге сыграть на руку самому Пашиняну. Именно поэтому Москва, судя по последним заявлениям, пытается разделять давление на правительство Армении и воздействие на армянское общество.

Главная проблема для Пашиняна заключается в том, что геополитический разворот значительно проще объявить, чем профинансировать.

Европейский союз действительно расширяет взаимодействие с Ереваном, однако масштаб экономических преимуществ пока несопоставим с теми возможностями, которые Армения получает благодаря российскому рынку и членству в ЕАЭС.

Даже армянские экономисты признают потенциальные риски российского давления. Экономист Карен Адонц предупреждал, что дальнейшие ограничения со стороны Москвы могут иметь для армянской экономики «очень серьёзные последствия».

Доктор экономических наук Сергей Толкачёв при этом считает, что стратегическая задача Запада заключается именно в разрыве экономических связей Армении с Россией и ЕАЭС.

При этом Москва всё чаще даёт понять: оплачивать переход Еревана в другую интеграционную систему она не намерена.

Пока стратегия Еревана выглядит, как попытка усидеть сразу на нескольких стульях: сохранить российские рынки, инфраструктуру и экономические преимущества, одновременно расширяя сотрудничество с США и ЕС и продвигая TRIPP как международный проект с американским участием. Но пространство для такой политики сокращается.

Россия требует определённости по ЕАЭС. Одновременное членство с ЕС юридически и институционально проблематично.

ОДКБ фактически перестала быть для Еревана действующим союзническим механизмом. Скорее всего, на ближайшем саммите Организации в Москве будет вынесен вопрос о лишении Армении права голоса. И это опять же строго по закону — за нарушение принципов работы в ОДКБ и неуплату членских взносов.

А TRIPP превращается в отдельный инфраструктурный проект, в котором Соединённые Штаты получают всё более заметную роль. При этом сам Пашинян признаёт, что американская инвестиционная программа в рамках TRIPP рассчитана как минимум на 99 лет, а вложения должны окупаться и приносить инвестору прибыль.

Поэтому формула армянской политики постепенно становится предельно простой: прежние партнёры должны помочь сохранить и модернизировать инфраструктуру, экономику и связи — а затем Ереван сможет самостоятельно выбирать новое направление.

Однако, Россия больше не демонстрирует готовности безусловно оплачивать этот переход. Москва чётко дала понять, что не собирается субсидировать режим Пашиняна и закрывать глаза на многочисленные нарушения, в том числе обязательств в рамках Евразийского союза. Например, тех же фитосанитарных норм, из-за чего ряду армянских продуктов закрыли доступ на российский рынок. С конца мая Россия ввела ограничения на импорт ряда армянских товаров, в частности фруктов, овощей, цветов и коньяка. С 27 июля Россельхознадзор ввёл ограничения на ввоз в Россию армянской молочной продукции. Прекращение экспорта рыбной продукции на российский рынок, который остаётся ключевым направлением сбыта для армянских производителей, вызвало протест местных рыбоводов.

«Жёсткость Москвы объясняется двумя моментами. Во-первых, нужно понимать, что российские вложения в страны постсоветского пространства — это не жест доброй воли в виде благотворительности, как хотели бы думать некоторые из жителей этих стран. И не обязательные „компенсации за годы колониализма‟, как им пытаются внушить западные пропагандисты. Это инвестиции, которые вкладываются российским государством ради упрочения собственной безопасности, а также роста благосостояния собственных граждан. Именно поэтому создавался Евразийский союз, который должен был создать на огромном постсоветском пространстве единый рынок для российских товаров. Именно поэтому создавалась ОДКБ, которая должна была предотвратить войны и угрозы нестабильности вдоль российских границ. Именно поэтому Россия до сих пор поддерживает структуры СНГ, заложившие основу для потенциально взаимовыгодной интеграции постсоветских стран», — поясняет политолог Геворг Мирзаян в своей статье «„Многостульный потребитель‟. Россия не будет оплачивать путь Пашиняна в ЕС».

А какой смысл инвестировать в страну, чья власть открыто демонстрирует в отношении России потребительское отношение и, пользуясь предоставляемыми Москвой благами, открыто плюёт в лицо? Сейчас, по словам Мирзояна, действиями и риторикой, но при этом не исключено, что в ближайшем будущем Ереван перейдёт к откровенному саботажу и использованию своего членства в евразийских структурах для оказания информационных и иных услуг западным партнёрам.

«Во-вторых, всё это поведение видят другие участники евразийской интеграции. Видят — и делают выводы: человеческая натура слаба, и если они посчитают, что подобное многостульно-потребительское поведение допустимо, то и сами могут заняться чем-то подобным. И тогда весь проект евразийской интеграции рухнет. Именно поэтому Россия, защищая свои национальные интересы и интеграционный проект, отказывается тащить Ереван в ЕС на своём горбу. Если армянские власти хотят, чтобы им кто-то оплатил евроинтеграцию, то пусть выставляют счета Евросоюзу. Вот только уже понятно, что ЕС эти счета не оплатит. Ни сельскохозяйственные (обещания компенсировать армянским производителям потерю российского рынка оказались пустыми словами), ни любые другие», — указывает политолог.

Многочисленные эксперты отмечали, что Армения никогда не станет членом ЕС, однако рискует потерять связи с Россией, которой точно экономически многим обязана.

Напомним, участники ЕАЭС предложили Армении провести референдум и определиться с выбором — либо она держит курс на ЕС, либо остаётся в ЕАЭС, дав понять, что Еревану усидеть на двух стульях не получится. Пашинян отказался от референдума, сообщив после всяких саммитов с ЕС, что о вступлении в ЕС Армении, мол, речь пока не идёт.

27 июля по инициативе армянской стороны состоялся телефонный разговор президента РФ Владимира Путина с Пашиняном. Российский лидер призвал премьера Армении как можно скорее провести референдум для определения дальнейшего политического курса страны. В ответ Пашиняш заявил, что такой шаг возможен только после подачи официальной заявки на членство в ЕС и начала содержательного обсуждения этого вопроса.

Теперь вопрос стоит уже не о том, сможет ли Пашинян продолжать балансировать между Москвой и Западом. Вопрос в другом: кто, в конечном счете, оплатит счёт за этот геополитический разворот — и что останется у Армении после его завершения?