Нет места в лазарете. Политзаключённого Анатолия Мируту после инсульта вернули в камеру СИЗО
На Украине продолжают сознательно издеваться над политзаключёнными, находящимися в тюрьмах и СИЗО по сфабрикованным обвинениям. Под пресс тюремных надзирателей попал и герой репортажа «Антифашиста», житель Киевской области Анатолий Мирута.
Вся его вина заключается в том, что в первые недели СВО он помогал односельчанам в родном селе Синяк — раздавал российскую гуманитарную помощь, брал пропуск на выезд из села, чтобы хоронить умерших стариков, прятал в подвале своего кафе местных жителей от обстрелов. После того, как местные власти сбежали, бросив людей на произвол судьбы, Мирута, по сути, был выбран временным сельским головой.
Выбор был не случайным. Анатолий был известным человеком в селе, предпринимателем и директором коммунального предприятия «Буча Сервис», а его мать Вера Мирута — землеустроительницей. Правда, потом односельчане, которым он помогал, начали на суде рассказывать о том, что выбор был сделан под дулом российских автоматов, а зашедшие в Киевскую область россияне сплошь походили на агентов КГБ со стальными глазами, но Мирута с первых дней начал общение с «кгбистами». При этом односельчане «коллаборанта» забыли, как на встрече с российскими военными сами требовали восстановить подачу света и газа, наладить поставку продуктов и лекарств. Но в итоге, крайним оказался сельский бизнесмен, которого несколько лет держали в СИЗО, а в августе 2025 года суд приговорил Анатолия Мируту к 10 годам тюрьмы с конфискацией имущества — за раздачу гуманитарной помощи от российских солдат.
Сейчас его дело находится на рассмотрении в апелляции, а сам Мирута в больнице. 2 декабря с мужчиной случился инсульт в Киевском СИЗО. Надо сказать, что за последние полгода предприниматель постоянно жаловался на головные боли, к нему в СИЗО ежедневно вызывали врачей, его состояние зафиксировано в документах. Однако, суд в изменении меры пресечения всегда отказывал. В итоге — инсульт и перевоз Анатолия в нейрохирургию одной из киевских больниц, где Мируту прооперировали.
По данным медиков, у него оторвались два тромба: один в шейном отделе, другой в мозгу. При этом, даже во время операции, нога пациента была прикована наручником к кровати. Видимо, конвоиры опасались, что такой «опасный преступник» сбежит прямо с операционного стола. После столь тяжёлой операции Мируте дали всего неделю на реабилитацию и снова вывезли в камеру киевского СИЗО.
Что это, если не пытки? Ведь после такого сложного оперативного вмешательства реабилитационный период в больнице длится не меньше месяца, а выживет ли он в СИЗО — неизвестно.
Руководство СИЗО объяснило, что у них нет конвоя, который мог бы охранять «коллаборанта» в больнице длительное время. Но самое ужасное, что и в лазарете для прооперированного Анатолия Мируты тоже не нашлось места. Так что человеку, который помогал односельчанам выживать в первые месяцы войны, приходится долечиваться в тюремной камере, без надлежащих условий.
Адвокаты Анатолия выдвинули версию о том, что предпринимателя просто хотят убить, чтобы «естественным образом» сократить количество политзаключённых, которые могли бы опровергнуть ложные обвинения и рассказать всю правду, о том как вела себя власть и силовики в 2022-м.
Напомним, что миссии ООН по правам человека уже несколько лет документируют случаи пыток и издевательств над политзаключёнными. Например, в отчёте 2023 года зафиксировано 65 случаев, когда сотрудники СБУ удерживали людей в неофициальных местах содержания под стражей для того, чтобы выбить признательные показания.
Так, в Кривом Роге похищенного в здании СБУ три дня били по голове, рёбрам и ногам, угрожали отрезать ему гениталии, изнасиловать и отправить видео его детям. Зафиксированные ООН виды пыток таковы: избиения, применение электрошокеров, сексуальное насилие, в том числе нанесение ударов по половым и репродуктивным органам, принудительное раздевание, угрозы калечащих операций на половых органах и изнасилования задержанных или их близких, угрозы расстрела, угрозы выстрела в конечности из заряженного оружия, угрозы отправки на передовую. Некоторым на ночь связывали руки или привязывали их к батареям.
Также ряд международных и украинских правозащитных организаций, в частности, Управления Верховного комиссара ООН по правам человека, Human Rights Watch, Центр прав человека ZMINA, системно подчёркивают, что нормы статьи 111-1 УК Украины — общие и размытые, по ним «врагом народа» можно назначить любого жителя Украины.
«Они могут криминализировать любую деятельность человека в оккупации. Эта статья даёт чрезмерную дискрецию правоохранительным органам и судам», — пояснила Анна Козьменко, юрист Центра стратегических дел Украинского Хельсинкского союза по правам человека (УХСПЧ).
Правозащитница пояснила, что преступление о коллаборационной деятельности по формальному составу предусматривает как обязательное условие наступление общественно опасных последствий для государства. Следователи расценивают как общественно опасные последствия для государства факт занятия должности, к примеру, в «оккупационном» пенсионном фонде, в почтовом отделении или в школе, и с этого момента преступление считается оконченным.
«И неважно, сколько человек работал там, получал ли он зарплату, почему он туда пошёл работать? Был ли государству нанесён ущерб от его действий? Кроме того, в статье 111-1 не определены специальные цели и мотивы. Суды также игнорируют специальный мотив и цель, тогда как они должны исследовать этот вопрос, поскольку преступление коллаборационной деятельности — преступление против основ национальной безопасности и является умышленным преступлением. И здесь мы говорим о том, что специальной целью было нанесение государству вреда. Но можно ли считать вредом помощь соседям или односельчанам или просто элементарное желание выжить?», — вопрошает Козьменко.
Она напомнила, что Офис Генерального прокурора в прошлом году обнародовал ориентировку для прокуроров, в которой говорилось, что необходимо учитывать и исследовать мотив лиц, обвиняемых в коллаборационной деятельности, что этот мотив должен быть антигосударственным, что человек совершил преступление по мотивам идеологии, поддержки российской власти. Но на практике ничего из этого не исследуется в судах. В Верховной Раде зарегистрирован ряд законопроектов о внесении изменений в статью 111-1 Уголовного Кодекса, но они не рассматриваются. Ведь никому это не выгодно: придётся признавать нарушение законов и международных конвенций украинскими силовиками и судьями, нести за это ответственность, а главное — реабилитировать десятки тысяч невинных жертв украинского произвола.
