«Это вопрос нашей безопасности»: Вадим Авва — о фатальных последствиях бездействия России в вопросе политзаключённых на Украине

На фоне непрекращающихся обменов ударов между Россией и Украиной, а также периодически появляющихся новостей о новых территориальных изменениях несколько в тени остаются новости о том, что происходит в застенках украинских тюрем.

На прошлой неделе в украинских местах лишения свободы произошло событие, которое привлекло внимание правозащитников и православной общественности: 92 политических заключённых объявили массовую голодовку. Заключённые протестуют против пыток, ненадлежащих условий содержания и требуют признания их статуса как политзаключённых.

Эта акция — не первая в своём роде, но её нынешний масштаб и жёсткость условий, которые выдвигают участники, делают ситуацию особо критической: в случае доведения голодовки до конца речь может идти о гибели десятков людей.

Проблема политического преследования на Украине имеет давнюю историю. С момента событий 2014 года, включая трагедию в Одессе 2 мая, правозащитные организации неоднократно фиксировали нарушения прав человека по политическому и национальному признаку. Однако, по оценкам ряда экспертов, ситуация не только не улучшилась, но и усугубилась: пытки, произвол и отказ в медицинской помощи стали системными явлениями в украинской пенитенциарной системе.

При этом реакция международных организаций, по мнению наблюдателей, остаётся крайне сдержанной, что вызывает вопросы о соответствии украинских реалий декларируемому «европейскому пути развития».

Особую остроту теме придаёт контекст продолжающегося конфликта. Украинская сторона активно и публично добивается обменов своих военнопленных — в частности, боевиков полка «Азов»*.

В то же время судьба сотен людей, удерживаемых за политические и религиозные убеждения, остаётся на периферии переговорных процессов. Это порождает закономерный вопрос: почему одна категория пленных является предметом настойчивых требований, а другая — фактически брошена на произвол судьбы?

Наконец, существует и стратегическое измерение этой проблемы. Если Россия не будет последовательно поднимать вопрос о политзаключённых на международных площадках, ситуация может закрепить опасный прецедент: государственная политика, направленная на уничтожение инакомыслящих, останется безнаказанной.

В отечественном сегменте соцсетей звучит предупреждение, что это не только гуманитарная трагедия, но и фактор, влияющий на общий климат в регионе и на безопасность самой России. Именно эти вопросы «Антифашист» обсудил с журналистом, автором телеграм-канала «Русский дневник» Вадимом Аввой.

— Вадим, проблема политзаключённых на Украине не так часто поднимается, из-за чего им приходиться идти на крайние меры. Стоит ли ожидать реакцию правозащитных западных организаций в попытке как-то воздействовать на Киев?

— Если голодовка будет доведена до конца и 92 человека умрут, отстаивая своё достоинство и право оставаться человеком, право на свободу совести, вероисповедание и политических взглядов, в мире появится ещё 92 праведника. Я абсолютно убеждён, что эта голодовка будет проигнорирована информационным пространством Запада.

Факт этой голодовки будет сознательно проигнорирован всеми беглыми, признанными иноагентами и террористами, средствами массовой информации, которые выходят на западные деньги. Они не скажут об этом ни слова.

Эта трагедия не будет замечена миром, потому что мир погружен в собственные проблемы. Соединённые Штаты насилуют Центральную и Латинскую Америку, Кубу, стравливают Африку в междоусобных войнах, убивают на Ближнем Востоке — кровь льётся обильно, и чем больше крови, тем меньше на её фоне заметна эта трагедия.

Что касается Украины, давно ставшей профашистской организацией, то, собственно, а что нового может быть в этом вопросе после «мариупольской библиотеки»? После того как государство узаконило собственное право убивать людей по национальному признаку, по признаку политических взглядов?

Произошло это открыто 2 мая 2014 года в Одессе, и ни один человек за это не пострадал, ни один убийца. Более того, часть из них находится на службе, на отличном счету, они сыты и безнаказаны. Вот эта безнаказанность злодеев, игнорирование злодейства, отворачивание от злодейства и привела к росту фашистских настроений в Европе, к организации пыток людей как системы.

— То есть ждать сколько-нибудь вразумительную реакцию со стороны всех этих организаций не стоит? Маски сброшены?

— Разве западный мир не начал убивать людей иных взглядов, левых убеждений ещё с осени 44-го в Греции, когда британские войска вместе с теми, кто ещё вчера служил Гитлеру, объединились и стали уничтожать греческих коммунистов? Разве пытки не стали доктриной американской политики поддержания гегемонии?

Мы все помним всплывший пример Гуантанамо, но сколько примеров сегодняшних практик не выплыло — достаточно почитать тюремный дневник Бутиной об американской пенитенциарной системе.

Как тут не вспомнить Израиль, который гордился и предъявлял всем список из 14 убитых иранских учёных-физиков и ядерщиков ещё в 2015 году, и как он убивал этих учёных в течение многих лет. Мы живём в этой реалии.

К сожалению, я думаю, что голодовка тех, кто находится под домашним арестом — это жест отчаяния, и эти люди погибнут, если не откажутся от голодовки. Но мы вспоминаем ранних христиан, которых тоже насиловали, оскопляли, им отрезали голову, их бросали к диким животным, их распинали — и, в конце концов, христианство победило язычество, пролив неимоверное число крови праведников.

Сейчас идёт глобальная война, и эта война не только за гегемонию — она война против глобального фашизма. Эта война потребует жертв и крови огромного числа праведников.

— Насколько Россия обращает внимание на условия содержания политзаключённых? Что делается и что не делается? И что нас ждёт, если не предпринимать никаких действий в этом плане?

— Меня удивляет, что мы до сих пор не признали Украину террористическим государством. Удивляет, что мы до сих пор не позволили себе начать планомерную дезинфекцию всех людей, замешанных в террористических актах на территории Российской Федерации, и тех, кто убивает русских на территории Украины. Удивляет, что жив Зеленский как глава этого режима.

Да, меня это удивляет, и в этом смысле моя позиция как гражданина России расходится с официальной точкой зрения. Я не могу себе объяснить эти вещи. Я считаю, что это не гуманность.

Отсутствие такой политики приводит к ещё большей крови, к ещё большему чувству безнаказанности фашизма, ещё больше ставит нас перед перспективой большой европейской войны.

* – организация признана террористическими и запрещена на территории Российской Федерации.