Если Вы думаете, что фашизм или его крайнее проявление в этно-форме расизм существуют лишь в "белой" плоскости, то Вы глубоко заблуждаетесь. Фашизм, шовинизм, расизм и другой "-изм" настолько многогранен, что и представить себе сложно. Есть нацизм еврейский, есть южноафриканский, есть славянский и есть колониальный. О последнем мы сегодня и поговорим.

Любовски был не только практикующим юристом и выдающимся представителем СВАПО. С середины восьмидесятых он принимал активное участие в профсоюзном движении. Антон Теодор Эберхард Август Любовски был одним из немногих белых намибийцев, которые открыто поддерживали СВАПО – ведущее освободительное движение, боровшееся за независимость от колониального господства расистской ЮАР.

Белые намибийцы, большинство которых относились к СВАПО глубоко враждебно, обвиняли его в предательстве своего дела, либо считали введенным в заблуждение идеалистом. Он был излюбленной мишенью контролируемых режимом ЮАР СМИ, которые демонизировали и высмеивали этого человека. Однако белые составляли незначительное меньшинство в оккупированной Намибии. А подавляющее большинство намибийцев восхищалось мужеством Антона, открыто выступавшего в защиту прав каждого человека, за освобождение от апартхейда и колониализма. Он был символом того, что общая борьба может объединить намибийцев всех цветов кожи и происхождения, несмотря на экономические, культурные и исторические различия.

Когда Любовски убили, это буквально ошеломило страну - и не только из-за его известности, но и потому, что это случилось в последние дни оккупации. Всего лишь через неделю руководитель СВАПО Сэм Нуйома должен был вернуться в Намибию после почти тридцати лет, проведенных в изгнании. Кто бы ни стоял за убийством, очевидно, что он хотел сделать больше, чем просто убить активиста СВАПО, надеясь сорвать весь процесс перехода к независимости.

Антон Любовски родился в намибийском городе Людериц в 1952 году. Он был вторым ребенком в семье немецкоязычного намибийца Уилфреда Франца Любовски и африканерки Молли. В определенном смысле Антон был африканером – его родным языком был африкаанс, и он был крещен в Голландской реформатской церкви, бастионе бурской культуры. Однако он также свободно говорил по-немецки. Когда он женился на немке Габи, родным языком сына и дочери стал немецкий, однако дома они часто говорили и по-английски. Столь богатый опыт проживания в мультикультурной среде, вероятно, способствовал тому, что Антон позже преодолел расовые и культурные барьеры, став одним из немногих белых намибийцев, которые, в буквальном смысле, положили свою жизнь ради свободы и независимости страны. Возможно, что его политическая позиция связана с тем, что родители находились к оппозиции к режиму апартхейда – хотя и более умеренной, чем Антон.

Когда Антону исполнилось восемь лет, его родители переехали на семейную ферму близ Ауса на юге Намибии. В тринадцать его отправили в среднюю школу при гимназии Пауля Рооса в Стелленбоше, на территории ЮАР. Позже он поступил в престижный Стелленбошский университет, где изучал право. Оба эти заведения были альма-матер многих правых африканерских лидеров. В эти годы Любовски жил обычной студенческой жизнью, проявляя лидерские качества. По иронии судьбы, благодаря им он был призван в армию ЮАР - как и большинство других молодых белых мужчин. Там он получил звание младшего лейтенанта и оставался в нем до 1984 года, когда был лишен звания - как член СВАПО и враг южноафриканского правительства.

Со временем Любовски ушел из Стелленбошского университета, продолжив изучать право в университете Кейптауна. Там он мог обмениваться своими «либеральными» мнениями мнениями с коллегами и студентами из различных расовых групп и с различными политическими взглядами. Во время работы в Кейптауне он женился на Габи Шустер, подруге детства из Людерица, которая также училась в Стелленбошском университете и работала учительницей в соседнем городе Паарль. Любовски получил степени бакалавра гуманитарных наук и бакалавра права. Когда в 1978 он закончил свое обучение, супружеская чета, тосковавшая по Намибии, переехала в Виндхук, где Любовски начал работать в респектабельной юридической фирме «Лоренц и Боун».

1978 год был важным для Намибии. После длительных переговоров Совет Безопасности ООН принял резолюцию № 435, декларирующую независимость Намибии. Кроме того, в качестве юриста Любовски непосредственно имел дело с заключенными, которые пытали из-за того, что они были сторонниками СВАПО. Эти жестокости упрочили оппозиционные взгляды Любовски. В результате он стал участвовать в политических движениях, выступавших за независимую, демократическую и нерасовую Намибию.

В течение нескольких следующих лет Любовски вел дела арестованных членов и сторонников СВАПО, задержанных по политическим мотивам. В качестве адвоката он принимал участие в работе Верховного суда Намибии и ЮАР. Он смог больше узнать из первых рук о движении, которое демонизировали и поносили в намибийских СМИ – либо симпатизирующих ЮАР, либо официально контролируемых оттуда – и увидел его человеческое лицо. Медленно, но верно он двигался к решению формально вступить в СВАПО. Он осуществил свои намерения после того, как встретился в Париже с Сэмом Нуйомой, общаясь с ним в течении трех дней. Любовски расстался с ним, убежденный, что Нуйома и его товарищи – патриоты, которые не понаслышке знают беды Африки, желают добиться независимости Намибии и, кроме того, являются приверженцами соблюдения принципов демократии и прав человека.

Вскоре он был приглашен на мирную конференцию в столице Замбии Лусаке - уже как член официальной делегации СВАПО. Когда Любовски вернулся в Виндхук, он публично объявил, что вступил в СВАПО, и призвал других белых последовать своему примеру. Почти сразу же Антон столкнулся с непрерывным потоком насилия и угроз. Белые называли его «предателем» и членом «террористической организации». К 1985 году Любовски трижды задерживали агенты полицейского государства. Потом последовали новые аресты. Самым тяжелым из них был шестой по счету - В 1987 году, вместе с группой высокопоставленных функционеров СВАПО, Антона Любовски бросили в лагерь Ошире. Там они содержались в одиночном заключении, в одних трусах на грязном полу бараков из гофрированного железа, где днем страдали от невыносимой жары, а ночью замерзали. У Любовски развилось опасное воспаление на фоне почечнокаменной болезни, и его отправили в больницу. За это время судья Верховного суда постановил, что заключенных следует освободить.

Но Антон Любовски был не только практикующим юристом и выдающимся представителем СВАПО. С середины восьмидесятых он также принимал активное участие в профсоюзном движении. Это вызывало еще больший гнев властей, потому что объединенные черные рабочие представляли серьезную угрозу расистскому государству. Несомненно, что именно участие в профсоюзной деятельности побудило власти содержать Любовски в таких мучительных для него условиях.

Важным мотивом, побуждавшим Любовски содействовать СВАПО, было желание объяснить белым намибийцам: СВАПО – это не скопище демонов и кровожадных террористов. Это движение, которое, помимо прочего, выступает за создание подлинно нерасового общества, и примет белых как своих граждан. Для этого он способствовал организации ряда встреч между лидерами СВАПО с различными белыми и их группами. Поскольку большинство лидеров СВАПО были в изгнании, все эти встречи проходили на зарубежной территории.

В 1989 году, когда резолюция СБ ООН № 435 была окончательно осуществлена, и в Намибии начался процесс перехода к реальной независимости, Любовски принимал активное участие в избирательной кампании. В эти дни случился один из самых триумфальных моментов в его жизни – когда он встречал в аэропорту Виндхука вернувшихся на родину руководителей СВАПО. За границей оставался только Нуйома. Он намеревался прилететь в ближайшие дни, чтобы провести заключительный этап избирательной кампании перед выборами в ассамблею, которая должна была принять первую конституцию страны и в итоге провозгласить ее независимость.

Однако Антон Любовски не дожил до этих событий. Вечером 12 сентября 1989 года террорист расстрелял его, когда он вошел в ворота своего дома. Любовски скончался на месте. Убийца бежал в автомобиле и так и не был пойман. Известно лишь, что убийство было организовано «Бюро гражданского сотрудничества» – государственной террористической организацией, тайным подразделением спецслужб времен апартхейда.

Антон был первым белым, которого похоронили на кладбище в черном рабочем пригороде Катутура. Даже мертвых апартхейд хоронил отдельно.

ТЕМА ДНЯ
АНТИФАШИСТ ТВ
СВЯЗЬ ВРЕМЕН
Антифашист ТВ