Один из актуальнейших вопросов последнего времени - примирение ветеранов Великой Отечественной войны и воевавших в ОУН-УПА. В дискуссиях на эту тему нужно, как говорится, смотреть в лицо фактам. О батальонах «Роланд» и «Нахтигаль» пишут, а о деяниях 118-го полицейского батальона, посланного немецким командованием в Белоруссию для борьбы с партизанами, на Украине не знают. Его вояки были палачами Хатыни, их руки по локоть в крови жителей белорусских сел. Об ужасающих подробностях деятельности этого подразделения поведал нам писатель Василий Владимирович Зданюк в изданной в Минске книге «Я штурмовал дворец Амина. Армия без грифа «секретно»». Об одной проведенной этим батальоном операции речь пойдет ниже.

Незаживающая рана белорусского народа - Хатынь - вошла в память человечества как дело рук немецких карателей. В действительности ее вместе с жителями сожгли не немцы, а каратели 118-го полицейского батальона укомплектованного в основном полицаями украинского происхождения.

Главным режиссером зверства был начальник штаба этого батальона Григорий Никитович Васюра. Вскрылось это спустя много лет после окончания войны при рассмотрении трибуналом Белорусского военного округа уголовного дела по обвинению некоего Мелешко в измене Родине. За этим лейтенантом немецкой армии, командиром роты 118-го батальона, тянулся шлейф кровавых преступлений против мирных жителей Белоруссии, за которые его приговорили к высшей мере наказания. Он ретиво исполнял жестокие приказы, которые ему отдавал Васюра. Эта фамилия, неожиданно всплывшая в ходе следствия, вынудила подключиться к расследованию органы госбезопасности. Они быстро нашли Васюру.

Будучи старшим лейтенантом, начальником связи укрепрайона стрелковой дивизии, этот уроженец Черкасской области в первые дни войны попал в плен и добровольно перешел на службу к фашистам. Окончил школу пропагандистов при так называемом Восточном министерстве Германии. В 1942 г. его направили в полицию оккупированного Киева. Проявив себя ревностным служакой, он вскоре стал начальником штаба сформированного 118-го полицейского батальона.

Это подразделение отличилось особой жестокостью при уничтожении людей в Бабьем Яру. В декабре 1942 г. батальон карателей направили в Белоруссию для борьбы с партизанами.

Здесь Васюра руководил многими операциями, которые унесли жизни сотен мирных жителей. В числе деревень в Логойском районе, где зверствовал этот палач, были Чмелевичи, Котели, Заречье, Боброво, Козыри... Батальон имел двойное командование - во главе его стоял майор-поляк Константин Смовский. Его самостоятельность ограничивала должность шефа и дублера, занимаемая немецким офицером, который был чем-то вроде советника при командире, но его «советы» выполнялись беспрекословно. Шефом батальона служил пожилой и больной майор Эрих Кернер. Он полностью доверял Васюре как беспредельно жестокому человеку.

Важной деталью в Хатынской трагедии было то, что у командира роты Мелешко шефом был любимец фюрера - первый немецкий олимпийский чемпион 1936 г. по толканию ядра гауптман Ханс Вельке. Он получил от Гитлера офицерский чин и благосклонность на многие годы...

Утром 22 марта 1945 г. в Хатыни побывала большая группа партизан. Они повредили линию связи и у деревни Козыри устроили на шоссе засаду на немецких связистов, которые, как предполагали, выедут для устранения неполадок. Но на шоссе появилась легковушка с гауптманом Хансом Вельке, который ехал в отпуск в сопровождении грузовика с охраной. Первыми же выстрелами партизан Вельке и ещё два немца были убиты, ранение получил и Мелешко. Подъехавшие связисты восстановили линию, и весть о вылазке партизан и гибели любимца фюрера полетела по инстанциям. «Уверен, - пишет В. Зданюк, - убийство Вельке - одна из главных, глубинных причин уничтожения Хатыни».

Поднятые по тревоге каратели 118-го батальона во главе с Васюрой первыми добрались до места засады и расстреляли 27 жителей деревни Козыри. По следам партизан они вышли к близлежащей Хатыни и оцепили ее. Согнав в амбар всех жителей деревни, Васюра приказал пулемётчику Катрюку против ворот поставить пулемёт. Сарай подожгли, и когда обезумевшие от ужаса люди выбили ворота, Катрюк (по некоторым данным, этот предатель остался жив и после войны жил в Канаде) выпустил длинную очередь. Стрелял, по словам очевидцев, и Васюра, вооруженный автоматом и пистолетом. Когда амбар полыхал, подъехали немцы, но основное дело уничтожения Хатыни было сделано руками полицейских 118-го батальона.

После войны Васюру арестовали. Свое участие в Хатынской трагедии он в ходе следствия скрыл, а по совокупности других преступлений получил 25 лет строгого режима. Из них отсидел только 3 - попал под амнистию. Потом в Киевской области был замдиректора совхоза и жил припеваючи. Две его дочери работали учительницами, он считался ветераном войны, числился почетным курсантом одного из Киевских военных училищ...

Процесс над Васюрой как главным палачом Хатыни состоялся только в 1986 году. «Известия» подготовили материал для печати, но он так и не был опубликован. Военный юрист Виктор Глазков, принимавший участие в трибунале над Васюрой, вспоминал: «Особенно возражал против предания гласности фактов о злодеяниях палачей-полицаев член политбюро ЦК КПСС Щербицкий. Он ведь знал, что 118-й полицейский батальон был сформирован в Киеве, а Васюра по национальности украинец. Решил, видимо, что это скажется на отношениях двух республик, бросит тень на проверенную веками дружбу украинского и белорусского народов» (с. 139).

Так в судебных архивах и хранилась правда о Хатыни, пока в 1992 году В. Зданюк не опубликовал ее в минском издательстве «Беларусь» в книге «Я штурмовал дворец Амина. Армия без грифа «секретно». Публикация основана на архивных документах, интервью и материалах подполковника юстиции Виктора Васильевича Глазкова, который председательствовал на многих сложных процессах, рассматривал «расстрельные дела» и вынес свыше сорока смертных приговоров. Самым важным из них он считал именно дело Васюры. «Я с полной уверенностью могу утверждать, что Хатынь жгли не только немцы, хотя они были в деревне, но и каратели 118-го полицейского батальона, наши с вами соотечественники», - говорил Виктор Васильевич (с. 133).

Однако у нас любой школьник мог сказать, что Хатынь сожгли немецкие каратели... Именно их считали виновными в трагедии Н.К. Андрющенко в своем документальном рассказе «Хатынь» (Минск, 1969 г.) и А.П. Белевич в книге «Хатынь: боль и гнев» (Москва, 1974 г.).

По тексту фотоальбома «Хатынь» (Минск, 1979 г.) карателями названы «гитлеровцы, обуреваемые маниакальной идеей «исключительности» арийской расы, своей мнимой «сверхчеловечностью».

Искажено представление о Хатынской трагедии в Большой Советской Энциклопедии, где читаем: «Хатынь - мемориальный архит.-культурный комплекс на месте б. деревни Хатынь (Минской обл. БССР). Открыт 5.7.1969 в память жителей белорус. сел и деревень, полностью уничтоженных фаш. оккупантами» (БСЭ, М., 1978., Т.28, с. 217).

Аналогичная информация в кратком историческом справочнике «Великая Отечественная война, 1941-1945. События. Люди. Документы. - М., Политиздат. 1990, - с.143.: «Март, 22... Немецко-фашистские каратели сожгли д. Хатынь (Логойского р-на Минской обл.) вместе с ее жителями (149человек, в т. ч. 75 детей)».

«У меня тоже не сразу все уместилось в голове... - продолжал В.Глазков в интервью писателю. - Но что поделаешь, коль наша история напоминает кривое зеркало. Смотреться в него и дальше? Но ведь сколько ни вглядывайся, картина прошлого будет искаженной. Да и себя в кривом зеркале не увидишь таким, какой ты есть на самом деле. Оптический обман... О прошлом надо знать всю - не половину, не большую часть, а всю правду, какой бы горькой и неприятной она ни была. Иначе нам не очистить свои души от толстого слоя лакировки и лицемерной лжи, которым из года в год без устали покрывала их официальная идеология. Сколько страниц истории перечеркнуто в угоду «вождям» и «выдающимся деятелям», сколько мифов создано! Мифов, осевших в наших головах, учебниках, музеях... Неужели они будут жить и дальше, заслоняя собой настоящую историю? Нет, так быть не должно. Говорят, история не терпит сослагательного наклонения. Но она не терпит и обмана, лжи, подлога» [с.133].

А между тем тенденция замалчивать в Украине деятельность 118-го полицейского батальона, не вписывающуюся в заданную схему освободительной борьбы народа за независимость Украинского государства, продолжается. Примером может служить одно из последних исследований на эту тему кандидата исторических наук В.Г. Трояна, опубликованное под названием «Боротьба ОУН-УПА за незалежність в історичній картині світу» (Сучасна картина світу: інтеграція наукового та позанаукового знання. Збірник наукових праць. Випуск 3. Суми, УАБС, 2004, с. 140-144).

Сложность вопроса автор усматривает в том, что на протяжении многих десятилетий в оценке явлений общественно-политической жизни нарушались основные методологические принципы исторической науки: объективность (опираться на факты без подгонок, перекручиваний под заданную схему) и историзм (рассматривать каждое явление с точки зрения того, как оно возникло, какие основные этапы прошло в своем развитии, каким стало сегодня).

Но если всплывший только в 1986 г. факт уничтожения Хатыни украинским полицейским формированием в нашей стране замалчивается, то можно ли такое исследование считать объективным и научным?

Замалчивание событий прошлого столь же пагубно, как и «переделка» их в угоду меняющимся идеологическим постулатам.

Так что в черную книгу истории украинских националистов, тесно сотрудничавших в годы войны с гитлеровцами, должно быть вписано еще одно преступление - трагедия Хатыни.

Правду, какой бы горькой она ни была, люди должны знать не только в Белоруссии, но и на Украине. Тем более в связи с поднимаемым на Украине вопросом примирения и уравнивания в правах ветеранов Великой Отечественной войны и карателей из ОУН-УПА.

Не осознать, не осудить и вычеркнуть из памяти такое злодеяние - значит дать ему прорасти в будущем.

Петр МОРОЗ, участник войны, Харьков, «2000»

2000

ТЕМА ДНЯ
АНТИФАШИСТ ТВ
СВЯЗЬ ВРЕМЕН
Антифашист ТВ