5 июля 1943 года наступление гитлеровской армии в районе Курской дуги (кодовое название «Цитадель») началось… после артиллерийской контрподготовки советских войск, проведённой за полчаса до начала немецкой операции! Удар этот был для врага совершенно неожиданным, причинил ему значительные потери и дезорганизовал управление войсками. И хотя, согласно оценке Г. К. Жукова («Воспоминания и размышления»), контрподготовка принесла советскому командованию меньшие результаты, чем те, что ожидались, можно утверждать: это был один из значимых факторов, способствовавших нашей победе в переломном сражении войны и срыву планов неприятеля. А о намерениях Гитлера и часе икс нашему командованию стало известно благодаря умелым действиям разведки.

Одним из источников информации являлся легендарный разведчик Николай Кузнецов, работавший в Ровно при поддержке партизанского отряда «Победители» (командир – Герой Советского Союза Дмитрий Медведев). Ровно был тогда чем-то вроде столицы оккупированной Украины, где располагались рейхскомиссариат Украины и личная резиденция рейхскомиссара Эриха Коха. В этом логове врага Кузнецов и действовал, начиная с осени 1942 года, представляясь обер-лейтенантом Паулем Зибертом, направленным после полученного ранения на тыловую службу.

Уроженец Свердловской области Николай (Никанор) Кузнецов был истинным «суперагентом». Великолепная память, которую юный Коля начал проявлять ещё в школе, заучивая наизусть обширные фрагменты стихотворений. Память позволила Кузнецову не только точно вызубрить его сложную легенду, но и досконально знать все немецкие уставы и неформальные порядки, царившие в вермахте. Совершенное владение немецким языком – в молодости Кузнецов трудился на «Уралмаше», где ему посчастливилось оттачивать знание языка Гёте, общаясь с работавшими там немецкими инженерами и мастерами. Безукоризненная выправка прусского офицера – и это притом, что Кузнецов до войны был человеком сугубо штатским, в армии не служил. Невероятное самообладание, неоднократно позволявшее ему выходить из самых сложных ситуаций. Умение расположить к себе случайного собеседника, дабы выведать у него нужную информацию и наработать новые связи. Смелость, решительность, сила воли – был случай: Кузнецов, чтобы проверить себя, попросил хирурга, делавшего ему операцию после ранения, выполнить её без наркоза…

Говорят, надевая фашистский мундир, Кузнецов, словно актёр, моментально преображался – становился таким себе холодным и надменным нацистским воякой, «истинным арийцем, беспощадным к врагам рейха». Это было крайне важно: ведь советского разведчика, русского человека, могла выдать любая мелочь в поведении! Но манеры и внешность Кузнецова в этом отношении всегда были безупречными.

Занятный эпизод: гестаповец майор Геттель таки догадался, что Пауль Зиберт – иностранный агент, и, поскольку Геттель прекрасно понимал, что Германия идёт к поражению, он решил на всякий случай установить контакт и вести свою игру с иностранной разведкой. Однако Геттель принял Кузнецова за британского шпиона! И когда он из-за незначительной ошибки, допущенной помощником Кузнецова, узнал, что перед ним русский, Геттель просто не мог в это поверить!

Главными же достоинствами разведчика Кузнецова, безусловно, были его патриотизм, готовность к самопожертвованию во имя Советской Родины. Он выполнял в тылу врага наиболее сложные и опасные задания, «специализируясь» на похищении и физическом уничтожении высокопоставленных гитлеровцев.

Вот и в мае 1943 года Кузнецов получил задание убить самого Эриха Коха, чиновника высшего ранга и личного друга Гитлера. Благодаря приобретённым связям он добился у Коха аудиенции. Поводом стало получение «девушкой» (по легенде) Зиберта ровенчанкой Валентиной Довгер повестки на отправку на работы в Германию. Кузнецов-Зиберт должен был хлопотать перед рейхскомиссаром, чтобы его «невесту» как фольксдойче от этой повинности освободили. Аудиенцию в резиденции Коха Паулю Зиберту и Валентине Довгер назначили на 31 мая.

Операция была хорошо продумана. На улице сразу несколько разведчиков – соратников Кузнецова – должны были прикрывать его отход. И всё же шансов выбраться из логова Коха практически не было. Конечно же, Кузнецов это отлично понимал, но, как всегда, он был готов пожертвовать собой, зная, какое огромное психологическое значение будет иметь столь громкий и дерзкий теракт для подъёма подпольного и партизанского движения на оккупированной Украине. Это был его долг, долг советского солдата, и Кузнецов, не задумываясь, выполнил бы его.

Но всё вышло намного сложнее, чем предполагалось. Оказавшись в кабинете Коха, Кузнецов сразу же понял, что убить фашиста не получится даже ценой своей гибели. Гауляйтера, видимо, всерьёз опасавшегося за свою жизнь, охраняли не только три вооружённых эсесовца, но ещё и две громадные овчарки. Расположение охранников, кресла хозяина кабинета и стула для посетителя – всё было, как показалось разведчику, продумано и просчитано с математической точностью. Стоило бы Кузнецову сделать резкое движение, чтобы выхватить пистолет, как его пристрелили бы телохранители или же в руку его впились бы обученные собаки!

Кузнецов провёл в кабинете полчаса. Правда, ему всё же удалось убедить Коха, поначалу неодобрявшего «любовный выбор» Зиберта («Вы, кадровый офицер германской армии, а связались с какой-то местной девицей весьма сомнительного происхождения»), что Валентина Довгер – чистокровная немка из семьи, преданной рейху и лично фюреру. И от отправки в Германию наша разведчица была спасена.

Но задание-то было провалено, и Кузнецов с горечью был вынужден с этим смириться. Как вдруг в беседе с Кохом произошёл неожиданный поворот. Почему-то матёрый фашист проникся симпатией к молодому офицеру, попавшему к нему на приём по сугубо личному вопросу. Наверное, потому, что Кох узнал – Зиберт его земляк, родом из Восточной Пруссии. Угостив просителя египетскими сигаретами, Кох спросил его: «За что получили “Железные кресты”?»

«Первый – за поход во Францию, второй – в России» – таков был ответ (чётко, согласно легенде разведчика). «Теперь жду возвращения на фронт, к своим солдатам». «А где сейчас ваша часть?» «Под Курском, господин рейхскомиссар».

«Под Курском? Фюрер готовит большевикам сюрприз как раз в этом районе! Мы нанесём русским такой удар, который переломит Ивану хребет». А дальше Кох, не ведая, кто перед ним, разболтал немало ценной информации о плане наступления, про «тигры», «пантеры» и прочее. Провал операции неожиданно обернулся немалой удачей, и в тот же вечер в Москву улетела радиограмма, подробно излагавшая содержание беседы Зиберта-Кузнецова с Кохом.

Впрочем, не только эти сведения помогли победить немецкую армию под Курском. Кузнецов и другие разведчики из отряда «Победители» «плотно держали под контролем» стратегически важный железнодорожный узел Здолбунов. Весной 1943-го резко возросла интенсивность движения через него. Поезда с живой силой, военной техникой, боеприпасами следовали по направлению к фронту каждые 50 минут. Однажды разведчики всего за один день насчитали 15 эшелонов с танками! Причём окрашены «панцеры» были в жёлтый цвет – танки всё ещё в пустынном камуфляже перебрасывались из Северной Африки, где как раз в то время, весной 1943 года, союзники добивали остатки группы армий «Африка» (бывшего Африканского корпуса Роммеля)! (Тунисская операция англо-американских войск завершилась 13 мая капитуляцией немецко-итальянской группировки.)

Кроме того, наша разведка установила, что в район Курска немцы передислоцировали несколько пехотных дивизий из Франции и танковую дивизию из-под Ленинграда. Из Москвы пришёл приказ усилить наблюдение за движением по железной дороге, и наши разведчики выполнили этот приказ, несмотря на предпринятые немцами чрезвычайные меры по охране Здолбуновского узла. Однажды удалось даже завладеть ценнейшим документом – ежедневной сводкой о прохождении составов через Здолбунов, составлявшейся для коменданта станции!

Сведения о передвижении вражеских войск, о снабжении их боеприпасами и прочим – это самые важные, самые ценные разведданные. Впрочем, вскоре наши партизаны от сбора информации перешли к дезорганизации и уничтожению вражеских линий сообщения. Через своих людей в паровозном депо ремонт был «организован» таким образом, что простой паровозов стал измеряться огромными величинами, и немцы могли использовать не более половины подвижного состава.

Организацию снабдили чрезвычайно мощными и удобными в работе магнитными минами – и пошли взрывы! Особенно «не везло» шедшим из Плоешти составам с нефтепродуктами, в которых гитлеровская армия нуждалась острее всего. Кульминацией же диверсионной работы стал взрыв 12 августа Прозоровского моста – единственного двухколейного моста через реку Горынь между Шепетовкой и Здолбуновом. Причём вместе с мостом в тартарары полетели вагоны с немецкими солдатами, танками и орудиями, спешившими на Восточный фронт в критический момент сражения на Курской дуге, где немцы терпели сокрушительное поражение!

Николай Кузнецов, несомненно, был выдающейся личностью, одним из лучших разведчиков в истории, но надо помнить, что он был всего лишь одним из бойцов в отряде «Победители», и без участия и поддержки своих товарищей он не смог бы выполнить ни одного своего задания, ни одного своего подвига. Многие боевые соратники Кузнецова – русские, украинцы, поляки, словаки, немцы, евреи – были награждены званием Героя Советского Союза, орденами и медалями. Это – Николай Приходько, Лидия Лисовская, Мечислав Стефаньский, Ян Каминский, Николай Струтинский, Авраамий Иванов, Марина Ких, Иван Белов и другие.

Немало славных дел осуществили Николай Кузнецов и его товарищи. Так, они узнали о местонахождении под Винницей полевой ставки Гитлера («Вервольф») и о подготовке покушения на лидеров Антигитлеровской коалиции в Тегеране, уничтожили имперского советника финансов на правах министра генерала Геля, командующего «Восточными войсками» (куда входили власовцы, украинские «казаки», легионы из уроженцев Кавказа и Средней Азии и др.) генерала фон Ильгена, главного судью генерала Функа, вице-губернатора Галиции Бауэра.

В начале 1944-го Кузнецов перебрался из Ровно во Львов. Поразительное совпадение: разведчик родился 27 июля (1911 года) – аккурат в тот день, когда в 1944 году Львов был окончательно освобождён от оккупантов. Но Кузнецову до этого знаменательного дня дожить не было суждено – он геройски погиб в начале марта в схватке с бандеровцами в селе Боратин Бродовского района Львовской области. 5 ноября 1944 года Указом Президиума Верховного Совета СССР за образцовое выполнение специальных заданий в тылу врага и проявленные при этом отвагу и мужество Николаю Ивановичу Кузнецову было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. При жизни он, увы, так и не успел получить ни одной из своих заслуженных наград (орден Ленина, декабрь 1943-го)…

По материалам http://odnarodyna.com.ua

ТЕМА ДНЯ
АНТИФАШИСТ ТВ
СВЯЗЬ ВРЕМЕН
Антифашист ТВ