Известно, что план «Барбаросса» отводил всего полчаса на разгром советских пограничных застав. Но наши воины-пограничники сражались сутками и неделями. Знаменитая надпись «Я умираю, но не сдаюсь! Прощай, Родина», оставленная на стене в Брестской крепости её неизвестным защитником, датирована 20 июля 1941 года. Война шла уже месяц, бои развернулись под Псковом, Смоленском и Киевом, а в глубоком тылу врага безвестный герой без воды и еды продолжал оборонять то, что оставалось к тому времени от фортификационных сооружений крепости!

Такие «крепости» встретили неприятеля ранним утром 22 июня и на Западной Украине. Их защитники, как и защитники Брестской крепости, показали яркие примеры беззаветного служения Родине и выполнения воинского долга.

11 дней и ночей сражались бойцы 13-й пограничной заставы 90-го Владимир-Волынского погранотряда под командованием лейтенанта Алексея Лопатина (место расположения: село Скоморохи Сокальского района Львовской области). Находясь в окружении, они, заняв круговую оборону, отбивали атаки более чем десятикратно превосходившего числом противника. Лейтенант Лопатин умело использовал прочные оборонительные укрепления, возведённые на территории заставы, а также выгодные условия местности, действовал храбро и тактически грамотно – так что его подразделение истребило за время боёв более 100 немцев.

29 июня командир вывел из окружения тяжелораненых, женщин и детей, а затем вернулся со своими «погранцами», которых осталось всего 10 человек, на позиции, занятые в подвале полуразрушенной заставы. Только 2 июля немецкие сапёры устроили подкоп и подорвали здание – все защитники заставы при этом погибли смертью храбрых. 27 декабря 1958 года указом Президиума Верховного Совета СССР Алексею Лопатину (1915–1941), уроженцу Ивановской области, выпускнику Саратовского пограничного училища было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза…

Село Скоморохи расположено на правом берегу реки Западный Буг, а немного южнее его, также на берегу этой реки, находится город Сокаль. В 1941 году граница проходила в этом месте как раз по Западному Бугу. В ночь на 22 июня немцы переправились через реку и ворвались в город. Здесь упорный бой дали им пограничники, а вместе с ними воины 781-го стрелкового полка 124-й стрелковой дивизии. Беспримерный подвиг совершил санитар Карпенчук: накинув на себя смоченный бензином горящий халат, он бросился под танк и поджёг его.

Захватив Сокаль, фашисты устроили зверскую расправу над партийными и советскими работниками; вообще, только за первые дни оккупации они расстреляли в этом городе более 100 человек.

А на Волыни отличилась 3-я погранзастава, находившаяся в селе Выдраница. На рассвете 22 июня пограничники во главе с младшим политруком Кияном заняли оборону в блокгаузах и окопах по обе стороны от дороги. Огнём из винтовок и пулемётов они уложили 50 «фрицев» и заставили врага отойти на исходный рубеж.

Бой продлился несколько часов кряду. Политрук Киян погиб, и командование заставой принял старшина Пархоменко. Он продолжал руководить боем и после ранения. В итоге остался в живых только он один. Застава перестала вести огонь – закончились патроны, но немцы ещё долго не решались осмотреть казавшиеся безжизненными окопы. А когда они таки начали осмотр заставы, Пархоменко, собрав последние силы, приподнялся и метнул в фашистов последнюю гранату.

На месте этого боя после войны установили памятник, а село Выдраница было переименовано в Пархоменко. Именем старшины назвали улицу в соседнем Устилуге и школу на родине Пархоменко – в Запорожье. Именно о таких людях писала 24 июня 1941 года газета «Правда»: «Как львы сражались советские пограничники… И только через мёртвые их тела враг мог продвинуться на пядь вперёд». Именно такие железные люди создали легенду о советских погранвойсках, сравниться в мужестве и стойкости с которыми могут только ВДВ и морская пехота!

Отмечали стойкость наших воинов и враги. Генерал-полковник вермахта Ф. Гальдер записал в своём дневнике: «Имели место случаи, когда гарнизоны ДОТов подрывали себя, не желая сдаваться в плен… Русские везде бьются до последнего человека». А газета «Фелькишер Беобахтер» констатировала: «Русский солдат превосходит нашего противника на Западе своим презрением к смерти. Выдержка и фатализм заставляют его держаться до тех пор, пока он не будет убит в окопе или не упадёт мёртвым в рукопашном бою».

Ожесточённые бои развернулись в начальные дни войны у города Рава-Русская. Первыми бой приняли, естественно, пограничники из 17-й заставы 91-го погранотряда (командир – лейтенант Морин). Сначала в неравном бою со взводом немцев погиб наряд в составе бойцов Попкова и Куата. Затем враги окружили расположение заставы; под прикрытием танков во двор ворвалась немецкая пехота. В живых остались лишь Морин и девять раненых пограничников – они вышли из пылающего здания и с пением «Интернационала» бросились в штыковую атаку. Морину, как и Лопатину, посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Благодаря стойкости пограничников 91-го отряда 41-я стрелковая дивизия, которой командовал генерал-майор Георгий Микушев, успела занять заранее подготовленные позиции. Рава-Русский укреплённый район (а в его сооружении в 1940–41 годах, кстати, участвовали на субботниках жители старинного города) также обороняли 35-й и 140-й отдельные пулемётные батальоны и вооружённые отряды местных рабочих. Против наших войск немецкое командование развернуло 5 пехотных дивизий, но, несмотря на мощный артиллерийский огонь и авиаудары, быстро овладеть Рава-Русской фашистам не удалось.

Более того, 23 июня подразделения 41-й дивизии провели неожиданную для врага контратаку, и немцы побежали, бросив грузовики и миномёты! Наши солдаты перешли государственную границу и на три километра углубились на территорию оккупированной немцами Польши.

Когда немцы разбросали листовки «41-я, сдавайся!», красноармейцы двух батальонов 102-го полка проткнули бумажки штыками и так пошли в атаку. Лишь 27 июня после пяти дней кровопролитных сражений и под угрозой окружения 41-я дивизия организованно отступила. Однако ещё до 30 июня сражался оказавшийся в окружении гарнизон дота «Комсомолец» (командир – старший лейтенант Мартынчик), уничтоживший 10 танков и сотни гитлеровцев.

Георгий Николаевич Микушев родился в 1898 году в уральском Кунгуре. По происхождению – коми-зырянин. Подпоручик старой русской армии, отличившийся в Первую мировую войну, он в 1918 году вступил в РККА. После окончания Гражданской войны командовал одним из полков прославленной 25-й Чапаевской дивизии, сделав его лучшей частью в этой дивизии. В июне 1941 г. Микушев приказал полностью сосредоточить 41-ю дивизию, её личный состав и технику в полевых лагерях; за несколько часов до немецкого нападения она была приведена в состояние полной боеготовности и встретила войну во всеоружии.

Впоследствии 41-я храбро обороняла Киев. В бою 9 сентября у посёлка Козелец Черниговской области генерал Микушев лично повёл солдат в контратаку и был смертельно ранен. В 1966 г. Героя Советского Союза Георгия Микушева со всеми почестями перезахоронили на Лукьяновском военном кладбище в Киеве.

Но, пожалуй, самый яркий подвиг совершили в 1941 году защитники Перемышля. На тот момент этот древнерусский город, впервые упомянутый ещё в 981 году, принадлежал Советскому Союзу (вернее – его бóльшая правобережная часть, поскольку граница была проведена по реке Сан, делящей город надвое). После войны он по советско-польскому договору 1945 года отошёл к Польше.

22 июня в бой с немцами вступил 92-й Перемышльский пограничный отряд майора Тарутина. Группа бойцов 14-й заставы во главе с заместителем её начальника лейтенантом Нечаевым обороняла мост через Сан. Она выдержала 8 атак со стороны роты гитлеровцев. Когда в живых остался один лишь Нечаев, он подпустил врагов на близкое расстояние и взорвал себя вместе с ними гранатой.

А в это время начальник заставы лейтенант Патарыкин возглавил группу, защищавшую вместе с отрядом ополченцев – местных жителей – центр города. Они продержались 10 часов и только в середине дня отошли на околицу Перемышля.

Ночью подтянулись основные силы 99-й стрелковой дивизии полковника Дементьева. Утром 23-го после мощной артподготовки дивизия, поддержанная сводным отрядом пограничников и ополченцами, хорошо знавшими местность, отбила Перемышль у немецкой 101-й пехотной дивизии. Во второй половине дня город снова был полностью наш, очищен от захватчиков! Советское Информбюро сообщило: «Стремительным контрударом советские войска вновь овладели Перемышлем». Можно представить себе, какое колоссальное морально-психологическое значение имело в те трагические дни это сообщение пусть о небольшой, но победе наших войск!

99-я дивизия нанесла большой ущерб неприятелю, и она первой в Великую Отечественную войну была награждена орденом Красного Знамени. Ей удалось удерживать Перемышль до 28 июня, и только утром 29 июня по приказу командования она оставила город.

Насколько мне удалось выяснить, полковник Дементьев погиб 1 июля. 99-я дивизия ещё не раз попадала в передряги. В 1941 году она оказалась в окружении под Уманью – из «котла» вышли только 2 тысячи солдат, но при этом удалось сохранить знамёна дивизии и полков. Второй раз 99-я попала в окружение в мае 1942 года под Барвенково, спаслись тогда чуть более тысячи человек личного состава. Затем, доукомплектовавшись, дивизия воевала под Сталинградом, освобождала Запорожье и Одессу.

18 апреля 1943 г. 99-я стрелковая дивизия была удостоена почётного звания "Гвардейской", став 88-й гвардейской стрелковой.

…Таким образом, и западно-украинская земля была свидетельницей великих подвигов воинов Красной армии. В советское время героям воздавались должные почести, про них много писали, рассказывали подрастающему поколению. Вот и автора этих строк в 80-х принимали в пионеры на заставе Лопатина.

Ныне же требуются особые усилия неравнодушных граждан, чтобы не дать именам славных героев кануть в Лету. И если уже в наши дни удалось снять весьма неплохой художественный фильм про Брестскую крепость, то разве недостоин увековечения на киноплёнке подвиг заставы Лопатина или стрелков полковника Дементьева, целую неделю удерживавших самый западный пункт нашей Родины?

ТЕМА ДНЯ
АНТИФАШИСТ ТВ
СВЯЗЬ ВРЕМЕН
Антифашист ТВ