В Латвии за семь дней до Нового года избито трое россиян. Все в разных городах страны. Объединяет эти преступления одно: исполнители. Били беспристрастно и открыто, прохожие не обращали внимания. Почему, спросите Вы, ведь европейская цивилизованная страна - не Ливия же? Естественно. В том-то и дело, что не Ливия. В Триполи бы попытались понять почему русских бьют, а в Прибалтике теперь все по-другому. Русский человек - враг националистов номер один. Националистов в Латвии, к слову, все больше и больше.



История началась еще в конце июля во втором по величине городе Латвии — Даугавпилсе, подавляющее большинство жителей которого составляет русскоязычное население. Тогда проживающий там некий гражданин России развесил на остановках общественного транспорта листовки на русском языке. В них подробно рассказывалось, что латышские националисты издеваются над русскими жителями Латвии, устраивают холокост в отношении русских, виновны в нынешнем бедственном экономическом положении страны.

Кроме того, этот человек призвал ввести русский язык в качестве второго государственного и изменить государственный строй. Например, создать на территории единой Латвии автономные республики Курземе, Земгале и Латгале (Латгалию) — по названию отдельных регионов страны. Находящаяся на востоке страны Латгалия (с центром как раз в Даугавпилсе) была названа российской территорией, оккупированной латышами. Вследствие этого ее, по мнению автора, следовало бы передать России.

В полиции безопасности Латвии засуетились. Там напомнили, что подобные листовки стали появляться в Даугавпилсе еще весной. И вот 18 августа исполняющий обязанности министра внутренних дел Айгарс Штокенбергс рассказал, что в отношении задержанного распространителя листовок было возбуждено уголовное дело по статье о действиях, направленных на разжигание национальной, этнической или расовой ненависти и публичные призывы к подрыву территориальной целостности Латвии.

Такое внимание к данному эпизоду на уровне руководителя МВД выглядит просто смешно. Никакого крупного русского сепаратистского движения в Латвии нет. Мэр Риги Нил Ушаков и его партия "Центр согласия" худо-бедно, но вписались в политическую элиту. Вопрос так не ставит даже более радикально настроенная партия "За права человека в Латвии" (ЗаПЧЕЛ"). Они лишь говорят о недопустимости паспортов неграждан и необходимости расширения прав русскоязычного населения.

Никаких территориальных претензий к Латвии не предъявляет и Россия. Напротив, эта сама Прибалтийская страна до недавнего времени требовала от РФ передачи ей населенного почти исключительно русскими Пыталовского района Псковской области. Кстати говоря, многие латышские националисты до сих пор настаивают, что Пыталово — это латышский населенный пункт Абрене, и по-прежнему оспаривают его принадлежность России.

Многие из тех проблем, о которых говорится в листовках из Даугавпилса, действительно существуют. Так, согласно Европейской хартии региональных языков, тот или иной язык может использоваться в государственных учреждениях того или иного региона отдельно взятой страны, если число его носителей составляет не менее 20 процентов жителей данной местности. В Латвии под это определение подходят и Рига, и Даугавпилс, и Лиепая, и любой другой крупный город страны. Но у русского языка никакого официального статуса нет и в помине.А теперь возьмем Латгалию (или Латгале, как предпочитают называть ее латыши). Согласно официальным данным, латыши составляют 44 процента населения региона, русские — 39, поляки — 7, белорусы — пять. Здесь много столетий существуют русские села — преимущественно старообрядческие. Так что русское население здесь коренное, многие его представители жили здесь веками, а не переселились на восток Латвии в годы пребывания республики в составе СССР.

Такие местные русские автоматически получили паспорта граждан Латвии. И получается, что власти страны откровенно попирают языковые и национальные права собственных граждан. Даже православное Рождество латвийские власти не желают объявлять официальным праздником. Так что возмущение человека,писавшего листовки, понять можно. По всей видимости, мог он стать гражданином Латвии, но стал гражданином РФ вследствие того, что не захотел проходить унизительную для многих процедуру натурализации.

Называть занимающую четверть территории Латвии Латгалию исконно русской территорией было бы неправильно. В состав России она вошла только в конце XVIII века — более чем на полстолетия позже, чем Земгалия (центральная Латвия) и Курляндия (западная часть страны). Тем не менее связи с Древней Русью у восточно-латышских племен были довольно тесные, о чем свидетельствуют новгородские летописи. Здесь были русские крепости Кокнесе (Кукейнос) и Ерсика. Латгальцы периодически находились под влиянием Полоцкого и Псковского княжеств, платя им дань.

Трудно отрицать и существенные отличия Латгалии от других регионов Латвии — причем отличия среди представителей титульной нации. Так что автор листовок верно подметил своеобразие родного края. В отличие от большинства латышей-лютеран, латгалы — католики. Это является следствием того, что вплоть до 1772 года они входили в польско-литовское государство Речь Посполитую, а не были под властью протестантских немецких государей или протестантских же королей Швеции и Дании.

Многие этнографы даже считают латгалов третьим балтийским народом (вместе с латышами и литовцами). И дело тут не только в религии. Еще в XVIII веке у них начал складываться собственный, отличный от латышского и литовского, письменный язык с использованием латинского алфавита. Его развитие власти Российской империи запретили в 1863 году, когда многие латгалы участвовали в Польском восстании 1863-1864 годов. Но в 1904 году запрет был снят, и язык снова начал развиваться — параллельно с латышским. Когда в 1917–1920 годы шло становление латвийской государственности, своеобразие латгальского языка признавали все — и ненадолго захватившие власть большевики, и деятели буржуазной Латвии. Вплоть до прихода к власти в Риге в 1934 году диктатора Карлиса Улманиса латгальский язык имел статус официального в восточных районах первой Латвийской Республики. После вхождения Латвии в состав СССР гонения на него прекратились. Не запрещали латгальский язык и оккупировавшие Латвию в 1941-1944 годах немцы.

Лишь к концу 1960-х в СССР возобладала концепция, согласно которой латгальский язык — диалект латышского. Таковым его считают и в современной независимой Латвии. В законах о языке от 1989 года (еще Латвийской ССР) и 2000 года прописано, что латгальский язык охраняется государством как разновидность латышского. Но на практике идет выдавливание латгальского языка из официальной жизни. Господдержка ему не оказывается, хотя такой же борьбы, как с русским, власти с ним не ведут.

В переписях населения современной Латвии латгалов не выделяют в отдельную нацию, хотя по-латгальски до сих пор пишут книги и даже снимают фильмы. Эксперты ЕС ориентировочно насчитали в Латвии 150 тысяч латгалов (семь процентов населения страны и 12 процентов от численности латышей). Некоторые эксперты говорят, что на самом деле латгалов — в три раза больше. Где истина — установить трудно. Большинство их считает себя латгалами и латышами одновременно, не противопоставляя одно понятие другому. Некоторые из них переходят не на латышский, а на русский язык.

Борясь с автором листовок, вменяя их автору дело о подрыве единства Латвии, власти страны пытаются одновременно замолчать сразу две национально-языковые проблемы — русских и латгалов. И обе они сходятся в одном регионе — граничащей с Россией Латгалии. За двадцать лет независимости власти страны не только не решили ни одну из них, но и загоняют их все дальше в тупик. Своими руками делая все для того, чтобы Латгалия действительно превратилась в проблемный, а то и сепаратистский регион.

ТЕМА ДНЯ
АНТИФАШИСТ ТВ
СВЯЗЬ ВРЕМЕН
Антифашист ТВ