Вильнюсский саммит и геополитический провал Меркель. Взгляд из Германии

27.11.14      Автор redactor
Вильнюсский саммит и геополитический провал Меркель. Взгляд из Германии

Холодная война в Европе между ЕС и Россией - это историческое фиаско Ангелы Меркель, пишет авторитетный журнал «Шпигель».

Журналист издания вспоминает о событиях годичной давности и делает вывод, что канцлер Германии, которая показала себя крайне эффективным менеджером для «внутреннего пользования», проиграла . Приводим текст статьи полностью.

Они сидят друг напротив друга за празднично украшенным столом в рыцарском зале бывшего дворца великих князей литовских. Между ними всего шесть метров, но в действительности в этот момент канцлера Меркель и президента Януковича разделяют миры. Янукович только что произнес речь. Он путано объяснял, почему вильнюсский саммит «Восточного партнерства» ЕС не вполне лишен смысла, вопреки всеобщему впечатлению, почему нужно продолжить переговоры, заверял, что он намерен так же энергично бороться за совместное будущее. «Нам очень быстро нужна помощь в размере нескольких миллиардов евро», - говорит Янукович. Слово берет немецкий канцлер. Меркель обводит взглядом 28 глав государств и правительств Евросоюза, собравшихся в этот вечер в Вильнюсе. Меркель произносит слова, полные порицания и холодного сарказма и адресованные непосредственно украинскому президенту. «У меня такое чувство, будто я оказалась на свадьбе, где жених в последнюю минуту ставит новые условия». Годами ЕС и Украина вели переговоры об ассоциации. Подписывались меморандумы о намерениях, принимались правительственные и парламентские постановления, приезжали многочисленные делегации, стороны обменивались взаимными заверениями, и вот теперь, вечером 28 ноября 2013 года, в Старом замке в Вильнюсе, становится очевидным, что все было напрасно. Это смена вех. Очевидно, попытки привязать Украину к ЕС временно провалились. Но никто не осознает всю важность этого вечера. Никто не догадывается, что вильнюсское фиаско перерастет в один из крупнейших глобальных кризисов после окончания холодной войны, и что именно этот вечер приведет к появлению в Европе новых границ и поставит континент на грань войны. Европа потеряет Россию. Для Украины вильнюсское фиаско обернется катастрофой. С момента своего рождения в 1991 году страна пытается ориентироваться на ЕС, не жертвуя своими отношениями с Москвой. Выбор между Западом и Востоком, перед которым её ставят Брюссель и Москва, имеет фатальные последствия для хрупкого государства.
Но последствия Вильнюса отнюдь не ограничиваются пределами Украины. 25 лет спустя после падения Берлинской стены – и почти через 70 лет после окончания Второй Мировой войны – Европа снова оказалась разделена на две части. Отчуждение между русскими и европейцами усиливается. Москва и Запад смотрят друг на друга с большей враждебностью, чем на излете холодной войны. Это реальность, которую в Европе долго не желали замечать.
Предыстория Вильнюса – это история ошибочных оценок и недоразумений, упущений и слепых пятен. Это хроника внешнеполитического провала, причем со всех сторон. Россия недооценивала волю украинцев приблизить свою страну к ЕС и слишком слепо полагалась на свои рычаги влияния. ЕС согласовал условия соглашения почти на тысяче страниц, однако Брюссель игнорировал реалии политики силы. Наконец, в Берлине долго отказывались видеть, насколько большой угрозой для себя Россия считает продвижение НАТО и ЕС на Восток. Европейцы не отдавали себе отчет в том, что Москва может принять весьма жесткие меры, чтобы не допустить дальнейшего расширения западной зоны влияния.
Германия не справилась со своей ответственностью в Европе. Её канцлер проигнорировала все предостережения. При этом считается, что внешняя политика - это ее конёк. Меркель снискала репутацию модератора, умеющего разрядить напряженность и вырабатывать конкретные решения. Но надлежащая внешняя политика складывается не только из антикризисного менеджмента. Нынешнему кризису предшествовал дефицит дальновидности, умения распознать назревающий конфликт. В Берлине предпочитали верить, что вещи, которые не должны случаться, случиться не могут.
Германии и ЕС следовало «активнее обсуждать это с Россией», признает Ангела Меркель на саммите. Но такое понимание приходит слишком поздно.

Киев, Президентский дворец, 25 февраля 2010 г.

Виктор Янукович только-только принес в Верховной Раде президентскую присягу. Первые гости, которых он принимает в своей резиденции – «европолитики» Кэтрин Эштон и Штефан Фюле. Это знак? В своей недавней речи по случаю вступления в должность Янукович осудил откровенно западную ориентацию своего предшественника Виктора Ющенко. Скорее Украина должна стать «мостом» между Востоком и Западом, в в будущем он видит свою страну «европейским внеблоковым государством».

Теперь он сидит напротив Эштон и Фюле в своем президентском дворце. Они привезли с собой лист бумаги с так называемой «матрицей» - возможностями Януковича. Это их собственный, весьма бюрократический способ описания пути Украины к европейскому будущему. Свою «матрицу» они передают ему так, будто это подарок.

«Ничего подобного мы не делали ни для кого», - отмечает Фюле. Оба европейца считают данный документ авансом доверия. В нем они изложили, что будет ждать Януковича, если он решится на сближение с ЕС. Слева – условия, которые необходимо выполнять, евростандарты, требования МВФ, справа – деньги, которые он получит.

Януковича интересует правый столбец – деньги. Их он готов брать, если потребуется, у кого угодно: у собственного народа, у Российской Федерации, у Евросоюза (почему нет?). Будучи премьер-министром, он использовал власть, прежде всего, чтобы обеспечить членам своего клана тепленькие местечки. Со времен бандитских войн в его родном Донбассе Янукович пользуется сомнительной репутацией. Вопреки многократным заявлениям, западные ценности его никогда не интересовали. Но разве Янукович не всё готов сделать за деньги?

Президент благодарит за «матрицу» и за «аванс доверия», которого он, собственно, не заслужил. Он увидел в европейцев простаков, стремящихся сделать мир лучше, постоянно рассуждающих о ценностях и о правах человека, доверчивых дурачков при деньгах. И он обещает гостям, что первый свой визит нанесет в Брюссель. Те воспринимают это как знак – вероятно, это первое недоразумение из многих.

Киев, 10 января 2011 г.

Комиссар по расширению Евросоюза Штефан Фюле приехал в Киев, чтобы предостеречь Виктора Януковича: сейчас нельзя допускать ошибок. Фюле всерьез озабочен. 20 декабря 2010 года украинская прокуратура предъявила обвинения экс-премьеру Юлии Тимошенко. Ее подозревают в растрате государственных средств. Складывается впечатление, что Янукович хочет убрать с дороги бывшего политического оппонента – фатальный сигнал. Зачем ему это?

«Не надо!» - взывает Фюле. Он верит в Европу, в те большие возможности, которые сулит свобода, в западные ценности, в прозрачность, в верховенство закона, в мягкую силу ЕС. Фюле не допускает и мысли, что кто-то может отказаться, когда ему предлагают возможность приобщиться к Европе. «Господин президент, - говорит Фюле, - вы ступили на очень тонкий лёд». Президент и еврокомиссар беседуют наедине. В 80-е годы чешский политик учился в МГИМО – советской кузнице кадров. Он свободно владеет русским, и переводчик им не нужен. Он напоминает Януковичу об обещании реформировать украинскую систему юстиции. Произвол, царящий в украинском правосудии, в Евросоюзе называют «селективной юстицией». При этом Фюле нужно аргументировать всем странам ЕС, почему Украина – это часть Европы.

Неужели нельзя обойтись сейчас без открытой демонстрации того, как далеко еще Украине до западного правового государства? Лицо Тимошенко – одно из немногих, известных на Западе почти всем: икона «оранжевой революции», чей революционный ореол, несмотря на проступки политика на посту премьера, на Западе практически не поблек. И вот теперь женщина с незабываемой косой может стать мученицей. «Вы должны на сто процентов гарантировать, что это не перерастет в политически мотивированный процесс», - говорит Фюле. Янукович улыбается: «Я заверяю вас, у нас независимая юстиция».

Киев, Президентский дворец, 12 декабря 2011 г.

Вышло именно так, как боялся Фюле. В мае прокуратура повторно выдвинула обвинение Тимошенко, которая уже три месяца сидит в следственном изоляторе. Похоже, следует ждать обвинительного приговора. Фюле спрашивает, можно ли посетить Тимошенко в тюрьме. Янукович подходит к своему столу, на котором установлен телефонный пульт советских времен. Нажимает на кнопку, и сразу же раздается голос генерального прокурора Украины. «У меня здесь комиссар, - говорит Янукович, - он хочет навестить леди в тюрьме».

Харьков, женская колония, 14 февраля 2012 г.

Утро. Сильный мороз. Ворота Качановской исправительной колонии открываются, въезжает автобус с немецкими врачами. Перед воротами группка демонстрантов скандирует: «Юлия, Юлия!» Делегация под руководством невролога Макса Айнхойпля из берлинской клиники «Шарите» заходит в камеру Юлии Тимошенко с маленьким зарешеченным окошком под потолком. Присутствует её адвокат, двое охранников, двое немецких, трое канадских и один украинский врач. Тимошенко лежит на койке, причесанная, накрашенная - прихорошилась как могла. Она с трудом поворачивается к посетителям; боль ограничивает движения.

ЕС сделал её символом «европригодности» Украины. Если она выйдет на свободу, то Киев получит печать качества правового государства. А если нет, то позорное клеймо произвола юстиции.

Врачи ставят диагноз: запущенное выпадение межпозвоночного диска с хроническими болями. И констатируют, что Тимошенко невозможно вылечить в тюрьме. Это медицинский диагноз – и в то же время политический вердикт. «Мы ездили на Украину как врачи, а не как политики, - говорит Айнхойпль, - но это только половина правды».

Брюссель, ресторан «Л’Экайе дю Пале Рояль», 30 мая 2012 г., 19:00

Фюле приглашает в «Л’Экайе дю Пале Рояль» – один из лучших ресторанов на площади Дю Пети Саблон – двух своих хороших знакомых: бывшего президента Польши Александра Квасьневского, недавно назначенного переговорщиком ЕС по вопросу об освобождении Тимошенко, и украинского олигарха Виктора Пинчука. Они сидят на втором этаже, там не так многолюдно. Фюле заказал хорошее вино, ведь этим вечером он хочет выпить за европейское будущее Украины. «За Европу», - говорит Фюле».

Два месяца назад Европейский Союз и Украина официально согласовали текст соглашения об ассоциации. За четыре месяца до этого Брюссель запустил проект «Восточное партнерство». Последний предусматривает построение тесных политических и экономических связей с шестью бывшими республиками СССР в Восточной Европе и на Кавказе. По сути это «утешительный приз» странам, которые еще долго не смогут претендовать на членство в ЕС.

Как и многое в Евросоюзе, Восточное партнерство – это компромисс. Восточные европейцы, прежде всего поляки, были бы рады незамедлительно принять Украину - как минимум чтобы получить своего рода буфер между собой и Москвой. На другой чаше весов – страны Южной и Западной Европы, которые меньше всего заинтересованы в новом расширении. В ЕС всё сложно. Подчас он слишком занят собственными проблемами, и политики теряют общую картину происходящего.

В украинском вопросе ЕС упустил из виду, прежде всего, Россию. Пинчук не хочет портить хорошее настроение Фюле, но комиссар недооценивает опасность, что Россия не станет безучастно смотреть, как Брюссель «привязывает» к себе Украину, предупреждает он. Однако Фюле убежден: Россия не будет возражать против соглашения об ассоциации. «У Москвы никогда не было никаких проблем с ЕС», - считают в Брюсселе. «Если Украина хочет в Евросоюз, если ее принимают, нам нужно только порадоваться», - сказал Путин в 2004 году в Испании.

Но это было давно. С тех пор отношения ухудшились. И не случайно поворотным моментом стали события на Украине, а именно «оранжевая» революция, в результате которой в 2004 году по итогам третьего тура выборов к власти пришел проевропейский президент Виктор Ющенко. С тех пор и Брюссель, и Москва пытаются как можно крепче привязать к себе государство, расположенное между Россией и ЕС. На Западе это называют «интеграционной конкуренцией». В Москве – борьбой за зоны влияния.

«Вы должны найти решение, приемлемое и для Путина, - предупреждает Пинчук еврокомиссара. – С русскими будет непросто». Но Фюле считает, что хорошо знает русских. «С русскими всегда непросто», - говорит он.

Берлин, ведомство канцлера, весна 2012 г.

Канцлера Германии тоже тревожит не Россия, а судьба Юлии Тимошенко. Меркель дозванивается до украинского президента в Ялте. Скоро на Украине и в Польше должен начаться чемпионат Европы по футболу. Еще в апреле президент Йоахим Гаук сообщил, что не примет участия во встрече президентов в Крыму. И вот теперь Меркель звонит, чтобы все-таки убедить Януковича выпустить Тимошенко на свободу. Янукович пытается перевести разговор на светский лад. „Вы так хорошо говорите по-русски, давайте обойдемся без переводчиков», - предлагает он. Но Меркель не поддается. Она разговаривает с президентом Украины как с ребенком: «Я хочу вам помочь. Но вы должны освободить Юлию Тимошенко».

Брюссель, здание Евросовета, 25 февраля 2013 г.

На саммите ЕС и Украины Янукович заявляет о намерении более тесно сотрудничать с Таможенным союзом Владимира Путина. Чтобы нейтрализовать растущее влияние Брюсселя, Москва основала свой собственный, Евразийский Союз. По примеру ЕС он должен объединить в одно экономическое пространство бывшие республики СССР. Центральный элемент – Украина.

Для Путина Евразийский Союз – это ядро его внешней политики, цель которой – сохранить традиционную зону влияния Москвы и вернуть потерянные территории. Но для внешней политики России, как всегда, большое значение имеют и вопросы статуса. Да, Брюссель предлагал Москве элементы ассоциации. Но Россия, некогда мировая держава, не хочет стоять в одной очереди в Брюссель с Молдавией и Арменией. Россия хочет быть великой державой. Общаться на равных.

Кремль предлагает Брюсселю переговоры между ЕС и Евразийским союзом – так сказать, между двумя союзными центрами. Но Жозе Мануэль Баррозу отказывается встречаться с руководством ЕАС, который воспринимает как конкурирующую организацию.

«Нельзя одновременно входить в зону свободной торговли с ЕС и быть членом таможенного союза с Россией», - говорит председатель Еврокомиссии 25 февраля. Дескать, Киев должен выбрать, каким путем он хочет идти. Это недвусмысленное заявление: или-или.

Киев, гостиница «Премьер Палас», 27 июля 2013 г.

Его имени нет в программе. Похоже, никто не знал, что он приедет. Якобы даже российское посольство в Киеве не было проинформировано, что президент Российской Федерации выступит на конференции его украинских сторонников в среди украинцев в отеле «Премьер Палас». «Россия будет уважать любой выбор Украины, - отмечает он. – Но есть факты, которые говорят сами за себя». Это не обмен любезностями. Для собравшихся слушателей его слова звучат многообещающе, для украинского правительства это пощечина и угроза.

До этого Путин чуть меньше часа разговаривал с Януковичем и потом, раздосадованный, оставил его. Этот разговор кардинально изменит отношение Москвы к Киеву. Россия не верила, что соглашение об ассоциации с Брюсселем может стать реальностью. Москва надеялась, что ЕС будет настаивать на освобождении Тимошенко, а Янукович никогда не проведет все те неудобные для себя реформы, которых хочет Брюссель.

Но теперь Путин понимает, что Янукович действительно рассматривает возможность подписания. Станет ли он что-либо предпринимать?

Москва, информационное агентство «Интерфакс», 29 июля 2013 г., 9 ч. 24 м.

Информационное агентство «Интерфакс» рассылает срочное сообщение, в котором российских потребителей предупреждают, что украинские конфеты и шоколад небезопасны. В нем цитируются слова главы Роспотребнадзора Геннадия Онищенко, который распорядился о незамедлительном запрете продажи конфет марки «Варьете», пралине «Монблан» и украинского молочного шоколада: данная продукция не соответствует требованиям к качеству и безопасности. Все эти сладости производятся на фабриках Петра Порошенко, олигарха и будущего президента, чей телеканал агитирует за европейскую интеграцию Украины. В тот же день вводятся и другие ограничения. Международные СМИ пишут о «шоколадной войне» между Москвой и Киевом. Звучит безобидно. Но это только видимость.

Как минимум теперь в Берлине должны были бы понять, что Путин в борьбе за Украину может прибегнуть к весьма жестким мерам.

Берлин, офис Немецкой группы советников, 20 сентября 2013 г.

Две недели три берлинских экономиста проводили подсчеты и, наконец, вывели решающую цифру, которой ждало правительство Януковича. К тому моменту, когда эксперт по Украине и глава Немецкой группы советников Рикардо Джуччи нажимает на кнопку «Отправить», в его входящих письмах скопилось уже несколько сообщений от нетерпеливых сотрудников украинского вице-премьера Сергея Арбузова. Он прикладывает к письму экспертное заключение на 18 страницах с заголовком: «Оценка последствий возможных перемен в торговой политике России в отношении Украины». Вопрос в том, во что обойдется Украине гипотетическая отмена Москвой торговых льгот для Киева. В документе содержатся графики, столбиковые диаграммы, комментарии по Таможенному союзу, но на самом деле интерес представляют только цифры в подведении итогов на второй странице: «Объем украинского экспорта в Россию сократится на 3 млрд долларов в год». Это та цифра – серьезная, немецкая – которую правительство Украины считает математическим доказательством жертв, которые ему предстоит принести во имя общей Европы. Разве за это не полагается компенсация от ЕС? Или кредит от МВФ?

Вашингтон, штаб-квартира МВФ, 14 октября 2013 г.

С делегацией Арбузова встречается Дэвид Липтон – второй человек в МВФ, с 2011 года занимающий пост «заместителя генерального директора», правая рука Кристин Лагард. Украинцы считают его приятным в общении, во всяком случае, по сравнению с другими экономистами МВФ. Они сидят рядом с Липтоном с каменными лицами, в которых гости могут угадать только презрение и неприятие.

Это второй визит вице-премьера Сергея Арбузова в Вашингтон за последние полмесяца. Украинцы уже решили для себя, что соглашение с ЕС будет подписано, только если Украина получит многомиллиардный кредит от МВФ.

3 октября, во время первого визита украинской делегации, украинцы хотели заручиться поддержкой правительства в Вашингтоне, чтобы получить более выгодные условия кредитования МВФ. Весной МВФ назвал им условия, которые киевляне сочли непосильными: сокращение субсидирования цен на газ на 40% до рыночного уровня, девальвация гривны на 25%. Для Януковича, которому в 2015 году предстоят перевыборы, это политическое самоубийство. Но украинцам кажется, что МВФ готов к переговорам, тем более что под конец своей поездки они встретились, в частности, с уполномоченной правительства США по Европе Викторией Нуланд, заверившей, что американское правительство поддерживает предоставление кредита МВФ.

Сегодня они делают Липтону встречное предложение, которое серьезно недотягивает до требований МВФ. Судьба соглашения с ЕС висит на волоске.

Берлин, ведомство федерального канцлера, 16 октября 2013 г.

В Берлине об этом, похоже, даже не догадываются. Чуть меньше чем через месяц после выборов в Бундестаг канцлер Ангела Меркель после долгого перерыва разговаривает по телефону с президентом РФ. Путин поздравляет ее с успехом на выборах. Они договариваются как можно быстрее провести межправительственные консультации (не состоявшиеся до сих пор).

Меркель делится с Путиным озабоченностью «по поводу содержания под стражей экипажа задержанного в России судна Greenpeace», как говорится в официальном сообщении о беседе. Украина в документе не упоминается вовсе.

В телефонном разговоре Меркель затрагивает эту тему, но Путин не хочет углубляться в нее, и она не настаивает. С Януковичем немецкий канцлер в эти месяцы не созванивается.

Брюссель, офис комиссара по расширению Евросоюза, 17 октября 2013 г.

Украина на грани дефолта. К тому же Москва оказывает на Киев серьезное давление. Российские санкции давно свидетельствуют об обратном, однако Берлин и Брюссель не относятся к страхам украинцев перед Россией серьезно. Как кажется европейцам, Киев просто набивает цену своей подписи.

Вице-премьер Арбузов вскоре после своего визита в МВФ едет в Брюссель, чтобы передать комиссару по расширению ЕС Фюле цифры, полученные от Немецкой группы советников. Он верит, что они говорят за себя. Но Фюле не воспринимает его всерьез. «А вы случайно не подсчитали, - снисходительно интересуется он, - потери украинской экономики в случае, если завтра упадет метеорит?»

Берлин, МИД ФРГ, 17 октября 2013 г.

Все говорят о деньгах, но Германия продолжает говорить о Тимошенко. Украинский посол в Брюсселе Константин Елисеев отправляется в поездку по ЕС со «специальной миссией» - встретиться с теми, кого украинцы между собой называют «проблемными столицами». Он хочет, чтобы европейцы с учетом обострившегося положения поступились требованием об освобождении Тимошенко.

Елисеев едет в Гаагу и Копенгаген, в Рим и Мадрид, в Париж и Лондон. Последняя станция – Берлин, самая тяжелая на всем маршруте. Сначала Елисеев встречается в ведомстве канцлера с советником Меркель по вопросам внешней политики Кристофом Хойсгеном, затем – в миде с заместителем министра Эмили Хабер.

Хабер не выказывает готовности к компромиссам. Когда посол хочет прояснить позицию Киева, она перебивает его: «Ваше превосходительство, нам известны все ваши аргументы». Пока Тимошенко остается в тюрьме, смысла разговаривать нет. Елисеев умоляет Хабер не цепляться за дело Тимошенко, но тщетно.

Чем ближе саммит, тем большее давление в ЕС оказывается на немцев, которых просят не придавать делу Тимошенко такого большого значения. Данный вопрос не должен стать препятствием для подписания соглашения об ассоциации, настаивает, прежде всего, Польша. «Мы не хотим, чтобы однажды у нас снова появилась общая граница с Россией», - говорит президент Бронислав Коморовский в доверительной беседе. Германия начинает пересматривать свою позицию. Но для этого уже довольно поздно.

К заслугам Ангелы Меркель часто относят прагматизм в вопросах внешней политики. Как считается, она умеет по-своему свести политическую проблему к какому-то отдельному решаемому случаю, чтобы затем целенаправленно добиваться такого решения. Но безграничный прагматизм в данном случае упирается в границы.

Когда слишком зацикливаешься на частном вопросе, легко упустить из вида общую картину. В украинском вопросе это, вероятно, сыграло с Меркель злую шутку. Пока Берлин непрестанно боролся за Тимошенко, там не обращали внимания на главную угрозу для ассоциации Украины с ЕС: притязания на влияние со стороны РФ.

Москва, военный аэропорт, 9 ноября 2013 г.

Владимир Путин нечасто покидает Кремль или свою резиденцию под Москвой, чтобы с кем-либо встретиться. Но в этот субботний вечер он неожиданно едет на доверительную беседу с глазу на глаз в военный аэродром неподалеку от российской столицы. Там его ждет Янукович.

За последние недели это уже второй разговор Путина и Януковича, прошлый состоялся 27 октября в Сочи. Путин презирает Януковича, вечное лавирование которого вызывает у него отвращение. Не раз кремлевский глава заставлял Януковича ждать себя по несколько часов, как просителя. В то же время в Кремле понимают: на Януковича нельзя положиться. Уроженец Восточной Украины питает к Европе меньше симпатий, чем его предшественник. Но выполнять пожелания Москвы он по-прежнему упорно отказывается.

С тех пор как Путин понял, что Янукович действительно может подписать соглашение об ассоциации, он регулярно присылает в Киев Сергея Глазьева, чтобы лишний раз продемонстрировать украинцам «орудия пыток». Советник Путина по вопросам экономической интеграции в постсоветском пространстве сам родом с Украины. Он предупреждает Киев о возможной отмене привилегий и мрачными красками живописует последствия. «Соглашение об ассоциации – это самоубийство для украинской экономики», - говорит он.

В октябре Глазьев трижды наносит визит Януковичу. Поскольку ЕС направил в Киев только англоязычную версию соглашения, Глазьев привозит украинскому президенту, не понимающему английского, русский перевод тысячестраничного документа.

В Москве и Сочи Путин сулит Януковичу субсидии и экономические льготы на сумму около десяти миллиардов долларов в год, выгодные цены на газ и нефть. А также грозит торговой войной, которая подорвет и без того хромающую украинскую экономику. Возможно, предполагают эксперты в Брюсселе, Путин также информирует Януковича о том, что Москве известно о его махинациях. По-русски это называется «компромат».

Настроение Януковича после этих встреч кардинально переменилось. Он стал более молчаливым, привычные бесконечные монологи куда-то подевались. «Виктор, что случилось?» - спрашивают его брюссельские партнеры по переговорам. Он уклоняется от ответа, теряется в намеках. Особого желания говорить о России он не выказывает.

Берлин, Бундестаг, 18 ноября 2013 г.

За десять дней до своего отъезда в Вильнюс Меркель выступает в Бундестаге с правительственным заявлением о предстоящем саммите. «Страны самостоятельно выбирают свою будущую ориентацию», - говорит Меркель. Дескать, этот вопрос она неоднократно поднимала в своих разговорах с Путиным.

Но такие слова плохо соотносятся с действительностью. Киев уже давно не может принимать какие-либо решения независимо от Москвы. Однако Меркель продолжает делать упор на «символическое дело Тимошенко», на «демократию, правовое государство и гражданские свободы».

Вашингтон, штаб-квартира МВФ, 19 ноября 2013 г.

Реза Могхадам пишет электронное письмо первому заместителю премьер-министра Украины Сергею Арбузову. Это ответ на предложение украинской стороны, переданное Арбузовым месяц назад.

Могхадам работает в МВФ 21 год. Он родился на западе Ирана. Глава европейского департамента МВФ имеет опыт общения со странами, которые верят, что с Фондом можно торговаться как на базаре. «Дорогой господин Арбузов, - пишет Могхадам с плохо скрываемым высокомерием, – большое спасибо за ваше недавнее предложение в отношении политики, призванной способствовать достижению соглашения с МВФ». В Вашингтоне с радостью приняли к сведению, продолжает Могхадам самодовольно, что «украинское правительство признает необходимость коррекции курса».

Могхадаму достаточно одной фразы, чтобы в пух и прах разнести встречное предложение Киева: «С нашей точки зрения, Ваши предложения всё еще недостаточны для решающей и комплексной смены политики и для цели сокращения макроэкономических дисбалансов Украины».

Киев, президентский дворец, 19 ноября 2013 г., вторая половина дня

По просьбам Баррозу Фюле едет на Украину, чтобы снова встретиться с Януковичем. Президент сразу переходит к делу: он разговаривал с Путиным. Тот объяснил, насколько глубоко переплетены друг с другом российская и украинская экономика - «Это меня действительно удивило». Фюле отказывается верить своим ушам: «Но господин президент, вы были премьер-министром. Вы уже несколько лет глава государства. Вы – последний человек, которому нужно рассказывать о взаимной зависимости украинской и российской экономики. К тому же соглашение об ассоциации на этом никак не скажется». – «Но есть расходы, которые рассчитали наши эксперты», - парирует Янукович. – «Какие эксперты?» - недоумевает Фюле. Украинец объясняет озадаченному гостю порядок потерь, которые якобы угрожают Украине в случае подписания соглашения об ассоциации. Позднее в прессе появляется цифра в 160 млрд долларов; это в 50 раз больше тех 3 млрд, которые насчитала Немецкая группа советников. Данная цифра взята из одного исследования Института экономики и прогноза Национальной академии наук Украины. С этого дня Янукович будет аргументировать свою позицию, апеллируя именно к ней.

«Штефан, если мы подпишем, вы нам поможете?» Фюле теряет дар речи. «Сорри, мы не МВФ. Откуда взялись эти цифры? - спрашивает он наконец. – Я слышу о них впервые». Это секретные цифры, отвечает Янукович. «Можете представить себе, что будет, если наши люди узнают о них, если они поймут, во что обойдется нам сближение с ЕС?»

Брюссель, резиденция посла Украины в ЕС, 19 ноября 2013 г., 22 ч. 15 м.

Константин Елисеев сидит в своей резиденции, смотрит футбол – Украина против Франции, отборочный матч на Чемпионат Мира в Бразилии. В игре на своем поле две недели назад Украина победила со счетом 2:0, сегодня вторая встреча, в Париже, идет 75-я минута. Сборная Франции только что забила гол, она выигрывает со счетом 3:0. Звонит мобильник Елисеева – это Фюле. Он только что вышел от Януковича. Фюле возмущен. «Слушай, говорит он Елисееву, - у меня есть предчувствие, что в Вильнюсе вы не подпишете соглашение».

Париж, Стад-де-Франс, трибуна для почетных гостей, 19 ноября 2013 г., 22 ч. 45 м.

Игра закончилась. Франция победила, Украина выбыла из борьбы. Украинцы не смогут поехать на ЧМ. Виктор Пинчук стоит на трибуне для почетных гостей рядом с французским президентом Франсуа Олландом; звонит его мобильник. В трубке звучит возмущенный голос экс-президента Польши Александра Квасьневского. Квасьневский только что вышел из Президентского дворца, где разговаривал с Януковичем. «Он нас обставил! – кричит Квасьневский в трубку. – Он не станет подписывать. Он – хитрец, хронический обманщик».

Киев, резиденция заместителя премьер-министра, 20 ноября 2013 г.

Вице-премьер Арбузов и его советники склоняются над письмом из МВФ. В этот момент они понимают: переговоры обречены на провал. Месяцами Арбузов боролся внутри правительства против пророссийской фракции премьер-министра Николая Азарова и за Европу; теперь он выставит себя доверчивым дурачком. Каждое следующее предложение в письме для него унизительно. Руководитель департамента даже не указал в обращении к вице-премьеру официальную должность. Арбузов понимает, что его противники на ближайшем же заседании кабмина на него набросятся.

Киев, трасса в аэропорт, 21 ноября 2013 г.

Янукович занимается «распоряжением № 905-Р» по пути к правительственному терминалу аэропорта «Борисполь» на восточной окраине Киева, откуда должен вылететь с государственным визитом в Вену. В распоряжении правительству говорится о необходимости приостановить подготовку и подписание соглашения об ассоциации с ЕС – «в интересах национальной безопасности» Украины. Рядом с с Януковичем в президентском лимузине Mercedes S 600 сидит секретарь Совета национальной безопасности Андрей Клюев.

Янукович вносит собственные незначительные правки. Он хочет, чтобы была создана трехсторонняя комиссия из представителей Украины, ЕС и России, которая «оценит ущерб» - экономические последствия интеграции с Евросоюзом. В аэропорту он вручает документ Клюеву. Тот должен спешно вернуться в Киев, в Совет министров, чтобы в последнюю минуту внести изменения в повестку дня. Это сделает бесповоротным решение о приостановке подписания соглашения в Вильнюсе, что станет окончательным отказом ЕС.

Вена, президентский номер в отеле «Захер», 21 ноября 2013 г., 19 ч. 30 м.

Янукович сидит за мраморным столом эпохи рококо и ждет, чтобы наполнили бокалы, чтобы произнести еще один тост за Австрию. «Господин президент, - говорит Янукович, - я рад, что вы нашли время. Того, что случилось сегодня, я бы не смог вам объяснить на бегу». Перед ним сидит федеральный президент Австрии Хайнц Фишер. Он никак до сих пор не может прийти в себя. Несколько часов назад главы Австрии и Украины сидели друг напротив друга за обедом в Хофбурге – официанты как раз принесли кофе – когда советники одновременно передали два листка бумаги. На записке для Фишера значилось: «Правительство в Киеве приостанавливает подготовку к подписанию соглашения с ЕС», это срочное сообщение австрийского информационного агентства APA. Фишер склоняется к Януковичу, он действительно удивлен, ведь срочное сообщение крест-накрест перечеркивает всё то, о чем они до сих пор говорили. «Теперь я действительно ничего не понимаю, - чуть слышно произнес Фишер. – Вы знали об этом?»

«Такое решение оказалось неизбежным», - говорит Янукович вечером в отеле «Захер»; альтернативы не было. Они сидели одни – два президента и переводчик – в самом лучшем номере, который только могла так спонтанно заказать администрация президента в тот день. Это последняя, отчаянная попытка воссоздать близость, которой уже давно нет. «Пожалуйста, поймите меня, я не могу это сейчас подписать, - говорит Янукович. – Я должен был подать сигнал SOS в Москву, но я хочу оставить двери для Европы открытыми. Пожалуйста, не воспринимайте это как отказ Европе».

4 часа 15 минут продолжается беседа двух президентов - до без четверти полночь. Говорит практически один Янукович. В записях австрийского аппарата президента элегические комментарии Януковича получат следующую характеристику: «Его объяснения постоянно дополнялись или прерывались очень долгими, обстоятельными детальными комментариями об исторических и политических событиях последних двух десятилетий».

Вильнюс, представительство Европейского Союза, 28 ноября 2013 г., полдень

На какой-то момент Сергею Арбузову кажется, что надежда еще есть. Переговорщик Януковича из аэропорта едет напрямую в литовское представительство ЕС, чтобы в последний раз попытаться о чем-то договориться с Фюле и его людьми. «Сегодня мы сделаем смелый шахматный ход», - обещает один из сотрудников Фюле; больше он сейчас ничего не скажет. Возможно, европейцы все же дадут денег?

Вильнюс, отель «Кемпински», 28 ноября 2013 г., 18 часов 30 минут – 20 ч. 30 м.

Они ждут Януковича. Это их последняя встреча с украинским президентом, на которой будет предпринята еще одна попытка склонить его к подписанию – по сути бесперспективная. Баррозу и председатель Европейского Совета Херман ван Ромпей пробуют добиться невозможного. Ван Ромпей взял с собой в Вильнюс два экземпляра соглашения об ассоциации. Они могут быть подписаны безотлагательно.

Через несколько минут приходит Янукович с переводчиком, послом Украины в ЕС и несколькими сотрудниками. Это необычно, до сих пор все важные переговоры он всегда вел в одиночку. Короткое приветствие, роли сменились. На этот раз просителем предстает Евросоюз. Брюссель хочет, чтобы Янукович во что бы то ни стало подписал.

Баррозу заметно волнуется. В долгосрочной перспективе вступление в ЕС положительно скажется на украинской экономике, говорит он: «Когда пала берлинская стена, Польша и Украина имели примерно одинаковый ВВП. Сегодня ВВП Польши в три раза больше». А вот и то, что украинцам было анонсировано как «смелый шахматный ход»: Баррозу дает понять, что Брюссель поступится требованием об освобождении Тимошенко.

Как - они все еще говорят о Тимошенко? Янукович в недоумении. Разве Брюссель не понимает, что давно актуальны совсем другие темы? Атмосфера накаляется. Ван Ромпей, не отличающийся вспыльчивостью, не выдерживает: «Вы действуете недальновидно, - говорит он Януковичу на повышенных тонах. – Украина семь лет вела переговоры потому, что считала: это для нее выгодно. С чего это теперь ассоциация перестала соответствовать ее интересам?»

Снаружи давно уже начался прием. Переговорщики ЕС понимают, что Януковича уже не переубедить. После двух часов Баррозу говорит: «Нам нужно идти». Он и Ван Ромпей обмениваются непродолжительным рукопожатием, потом за ними закрывается дверь.

К тому моменту, когда на следующее утро немецкая делегация во главе с канцлером Меркель встречается с Януковичем для последнего совещания, все уже давно решено. Они еще раз декларируют заранее известные позиции, но эта встреча – не более чем фарс. В одном из важнейших вопросов европейской внешней политики Германия потерпела фиаско.

Путин тоже просчитался. В ту же ночь на Майдане – площади Независимости в центре Киева – собрались тысячи демонстрантов. Три месяца спустя Янукович бежит из страны. Путин присоединяет Крым. На сегодняшний день конфликт унес 4 000 жизней, на востоке страны полыхает война.

Возможно, скажет министр иностранных дел Франк-Вальтер Штайнмайер в своей речи по случаю вступления в должность в декабре 2013 года в Берлине, ЕС не понимал, «что необходимость выбора между Европой и Россией для этой страны окажется невыполнимой задачей». Фюле тоже убежден, что ЕС поставил Украину перед непосильным выбором: «’Мы сочувствуем вашему географическому положению’, - сказали мы им, - ‘но вы не можете пойти ни на Восток, ни на Запад’».

Прежде всего, европейцы недооценили Москву и ее решимость не допустить явной привязки Украины к Западу. Они не воспринимали всерьез или игнорировали протесты России и предостережения Украины, которые не вписывались в их собственную картину мира. Берлин проводил внешнюю политику, основанную на принципах, в силу которых обсуждать Украину с Россией – это почти что табу. «Наша амбициозная политика Восточного партнерства не сопровождалась амбициозной и основанной на обоюдном согласии политикой в отношении России, - говорит Фюле. – Мы не смогли выработать политики, которая позволила бы нам должны образом взаимодействовать с Россией».

Россия и Европа разговаривали о разных вещах и не понимали друг друга. На Востоке и Западе друг с другом встретились две внешнеполитические культуры: политика западная, которая апеллирует к договорам и параграфам – и восточная, для которой куда в большей мере важны статус и символы.

4 месяца спустя после Вильнюса все-таки будет подписана политическая часть соглашения об ассоциации между Брюсселем и Киевом, еще через 3 месяца – экономическая часть. Цена, которую Украина уже заплатила за это, колоссальна. На этот раз Россия получает право голоса. С Москвой еще предстоит прояснить 2370 вопросов, прежде чем соглашение сможет вступить в силу. Это потребует годы. И это последняя общая тема, которую Москва и ЕС еще обсуждают друг с другом.

ТЕМА ДНЯ
АНТИФАШИСТ ТВ
СВЯЗЬ ВРЕМЕН
Антифашист ТВ