Перемирие – всего лишь слово. На окраине Донецка мать и дочь 2 года ночуют в подвале

Перемирие – всего лишь слово. На окраине Донецка мать и дочь 2 года ночуют в подвале

Улица Ленинопольская затерялась на самом краю донецкой географии среди нескольких других ничем не приметных улочек из одноэтажных домиков с низкими потолками и крепкими подвалами. Легкий ветер колышет ветви сирени, над огородами парит аромат рассады помидоров. То тут, то там на грядках копошатся хозяйки, с садовым инвентарем проходят мимо мужики. Днем здесь вполне тихая, мирная жизнь, в которой ничего не предвещает беды. Только соседская собака заходится пронизывающим воем каждый раз, когда чувствует, что вечером хозяева снова будут спать ближе к убежищу. Местная жительница Ирина, с лихвой попившая горя в эту войну, не пощадившую окраины Петровского района, говорит: «Тихо? Так еще и не вечер. Сегодня пес выл».

За 2 года украинской агрессии Ирина научилась за несколько секунд спускаться в подвал даже без света

Проезжаем улицу Добровольского. Супермаркет «Амстор» - рубеж между тем, что еще смахивает на бурлящую цивилизацию, и второй реальностью Донецка. В паре сотен метров отсюда заканчивается «серая» и начинается «красная зона», где жить смертельно опасно, еще дальше – Марьинка и Красногоровка, находящиеся под контролем ВСУ. Немного не доезжаем до выжженного рынка и разбитой, но работающей автостанции «Трудовская». С главной дороги уходим влево, оставляя чуть поодаль школьные постройки с разукрашенными в сине-желтые цвета и исписанными приветливыми надписями на втором родном – украинском – языке. Жесткая параллель: дончан учили любить каждый сантиметр Украины, в то время как жителей западной части страны все больше учили ненавидеть нас.

- Ирина, как Вы думаете, с чего все началось? Как получилось, что в самой мирной стране началась самая ужасная гражданская война?

- Думаю, задолго до Майдана все было предсказуемо. Мы как-то с семьей отдыхали в Трускавце (Львовская область), снимали комнату в квартире у пожилого мужчины, и он не стеснялся в выражениях, когда говорил о русских. Хотя, причем тут мы? Если украинец говорит на русском – он враг? И так: когда к местным обращались на русском языке, они не реагировали, будто не слышали нас, а на украинский переходили – сразу отвечали. Это, по-моему, неправильно, ведь все люди – братья, все любят друг друга. Когда все началось, я не думала, что есть такая ненависть к нам.

На голове у женщины повязан черный платок, в апреле в семью Ирины без предупреждения заглянула сама Смерть. Супруг Ирины работал на шахте неподалеку, на здоровье не жаловался, как вдруг прямо на работе потерял сознание. Домой-то его довезли, но от обследований мужчина отказывался до последнего. В результате, за две недели глава семейства скончался от рака. «Говорил, что отлежится, и пойдет на работу, - вспоминает Ирина, с застывшими в глазах слезами. - Операция прошла хорошо. Меня даже в реанимацию к нему пустили, я все время рядом была. А уходя, попросила медперсонал, чтобы позвонили, если супругу станет хуже. Но никто не позвонил… Утром прихожу, а его уже нет. Сказали, стало плохо, повторная операция, после нее не очнулся. В 9 вечера умер. Я тогда не понимала, что произошло». На войне она осталась одна с дочерью-школьницей.

Ирина и Яна – мирные жители, живущие в «красной зоне»

«С друзьями мы давно гулять не ходим, и в гости друг к другу тоже заходим только по срочным школьным делам. Боимся, что вдруг попадет в нас. А здесь – все ровесники разъехались», - признается Яна. Девочка учится в пятом классе, в котором сейчас всего пять учеников. Ближайшая от дома школа – в трех километрах, в микрорайоне Тихий. После того, как от ее родной школы № 106 осталась только гора строительного мусора и обломки, девочку перевели в школу №114, на территорию которой падало «всего» четыре снаряда. Девочка учится хорошо, из предметов больше всего любит английский язык, и пока еще не знает, кем будет, когда вырастет. Зато одно она знает не понаслышке – как кричат дети, когда в здание над бомбоубежищем прилетает пакет «Града».

Школа №106 после обстрела в 2014 году

Первый раз здание школы, где училась Яна, сильно пострадало при обстреле еще в августе 2014 года, по счастью, учеников и педагогов в тот момент в здании не было. После этого школу обстреливали еще несколько раз. Но бомбоубежище под зданием уцелело даже тогда, когда 17 вражеских снарядов за одну только холодную, февральскую ночь 2015 года, попали в саму школу и на ее территорию. Тогда в бомбоубежище находилось 40 человек, их крик слился в один, и, наверно, был услышан на небесах, - люди выжили.

Останки Дома знаний исписаны добрыми надписями на украинском языке: «Донецька школа №106 вітає!», «Ласкаво просимо!»… Украинские военные сами же разрушают в Донецке все, что остается в городе от Украины.

«В бомбоубежище давно еще вывесили объявление, что желающие могут переселиться в общежитие по улице Розы Люксембург (центр города). Но как мы уедем, мародеров же полно? Или жить в своем доме, или остаться вообще без ничего», - говорит Ирина.

Подвал в доме Ирины

В их доме подвал тоже есть. Мама с дочкой привычно спускаются в него «по-быстрому», но сделать это в первый раз довольно трудно: в кухне тесно, идти к подвалу нужно боком, а там - несколько крутых ступенек вниз, присесть на корточки, вжав голову в плечи, «гуськом» спуститься еще на несколько ступеней вниз. Здесь нет места для кровати. «Раньше доски подкладывали, чтобы было на чем устроиться, но они прогнили от сырости. И лампочка перегорела. А мужа нет, я сама боюсь лезть, проводка плохая», - говорит женщина. А еще показывает вентиляцию, ведущую наружу, говорит, мол, закрывали ее вовремя обстрелов, а то «когда гремит, здесь очень громко».

 

По словам Ирины, стрелять здесь начинают поздно ночью, так, то невозможно понять, кто первым открывает огонь. Но признает, что «по-всякому бывает, то одни, то другие». В школьном бомбоубежище третий год остаются тюки с вещами, дома – сумка со всем необходимым. Вечером семья в любой момент может быть разбужена артиллерией, ведь тишины здесь и не помнят. «Разве вчера было перемирие? Какое? Мы здесь другое слышали…», - грустно улыбается женщина, обнимая дочь за плечи.

Днем они вдвоем должны успеть справиться по хозяйству и повозиться в огороде - ровные грядки, вскопанная земля, запах рассады – всем этим им нужно успеть насладиться пока не зашло солнце. Когда мы уезжали – снова завыла соседская собака. Говорят, предчувствие еще ни разу этого пса не подводило…

ТЕМА ДНЯ
АНТИФАШИСТ ТВ
СВЯЗЬ ВРЕМЕН
Антифашист ТВ