Минские риски для Донбасса

16.10.15      Василий Стоякин
Минские риски для Донбасса

После фактической разморозки минского мирного процесса на встрече в Париже официальные и полуофициальные лица обеих сторон начали интересоваться содержанием Минских соглашений.

При этом они, предсказуемо, обнаружили для себя много нового и интересного. В украинском парламенте изумление приобрело формы настолько болезненные, что президенту Порошенко пришлось выступить со специальным заявлением, в котором он объяснил исключительную полезность для Украины этих соглашений.

Со своей стороны, я попытаюсь дать некоторый обзор неприятных последствий, которые могут иметь Минские соглашения для народных республик Донбасса.

Итак, допустим, что Минские соглашения выполнены полностью — все проблемы преодолены и Донбасс вернулся в состав Украины. Какие риски для Донбасса это повлечет и какие «недокументированные возможности» Минские соглашения предоставляют Киеву?

Во-первых, в соглашениях отсутствуют упоминания как о народных республиках Донбасса, так и о Донбассе вообще. Т.о., эти территории возвращаются в состав Украины — и в виде конгломерата районов, не имеющих общего управления и общей субъектности. Республики, как я понимаю, при этом аннулируются, хотя могут сохранить существование в виде общественных организаций. Однако очевидно, что, в отличие от Меджлиса (который, кстати, даже не зарегистрирован по украинским законам), никто этим организациям возможности представлять интересы населения региона исполнять не позволит.

Кстати, когда глава украинского МИД Климкин говорит, например, что соглашения не предполагают никакого «особого статуса Донбасса», он ни разу не врет — в соглашении идет речь только об «особом статусе» районов.

Само по себе это обстоятельство будет иметь массу последствий, из которых я обращу внимание на два.

— Минские соглашения не предполагают создания на Украине «асимметричной федерации», о чем говорят многие аналитики. Просто потому, что районы, входящие, разумеется, в области, субъектами федерации быть не могут. Разве что наличие в составе Донецкой и Луганской областей районов, имеющих разные права, превратит их в своеобразные «федерации». Однако, законодательных последствий это иметь не будет — большие права не предполагают, например, большего представительства на областном уровне.

— Районы будут контролироваться региональными властями, причем, поскольку обратного в соглашениях не сказано, то в качестве последних могут выступать и военно-гражданские администрации.

Во-вторых, принятие решения об амнистии (чего сейчас пытается избежать Киев) совершенно не означает, что участники событий 2013−2015 годов не могут быть репрессированы позже. Например — за переход дороги в неположенном месте. Легко себе представлю украинский суд, дающий 10 лет по такому обвинению с учетом «исключительной общественной опасности и особого цинизма деяния» (кстати, мониторинг усиления уголовной ответственности за мелкие преступления стоило бы вести).

Кстати, депутаты местных советов на Украине иммунитета не имеют. Впрочем, Минские соглашения предполагают, что полномочия депутатов, избранных на этих выборах, прекращены быть не могут. Впрочем, тут тоже можно найти выход из положения, например — арестовывая депутатов, не лишая их полномочий. Опять же, ныне действующий закон о местных выборах не исключает возможности существования в советах вакантных мест (если, например, набравшая проходной процент партия не выставила достаточное количество кандидатов).

В-третьих, участие органов самоуправления в назначении глав прокуратуры и судов выглядит абстрактно. Да и центральной власти ничто не мешает внести изменения в законодательство, по которым именно в этих районах судов и прокуратур не будет вовсе.

В-четвертых, декларации о восстановлении экономических связей и поддержке экономическому развитию останутся декларациями. Если у государства денег нет, то вкладывать в регион будет нечего. Опять же, выплата пенсий и зарплат бюджетникам осуществляется у нас на уровне областей (помню, как я накануне выборов 1998 года усилиями Павла Лазаренко получал по 2−3 ранее задержанные зарплаты в месяц). Так что, если донецкие пенсионеры не будут получать пенсии, вину официального Киева доказать будет непросто.

В-пятых, соглашения о трансграничном сотрудничестве действуют и сейчас. Тут тебе и упрощенный режим торговли со странами СНГ, и соглашения о безвизовом режиме, и еврорегионы… Сейчас в результате санкций, введенных против Украины украинским правительством, а то и просто самоуправства (как на границе с Крымом), все эти возможности не работают. Вот и на границе в Донбассе работать они не будут, сколько соглашений ни заключай.

В-шестых, милиция — милицией, но нет сомнений, что Украина найдет возможности разместить на территории Донбасса войсковую группировку, многократно превосходящую по численности и вооружению «милицию». Даже если на самой территории народных республик разместить эти войска будет сложно (и то сказать — вряд ли в полномочия районов, пусть и с «особым статусом», входит разрешение на размещение украинских войск).

Разумеется, я далек от того, чтобы считать Минские соглашения «сливом Новороссии». По-моему, логичнее предположить, что изначально возможность принятия Киевом условий Минска исключалась и задача стоит в том, чтобы поставить партнеров (европейских, прежде всего) перед фактом недоговороспособности украинских властей. С дальнейшим развитием сложной политико-дипломатической игры.

Тем не менее факт остается фактом — сама по себе реализация Минска Донбассу почти ничего не дает, а сами соглашения очень легко трактовать в пользу Киева, но очень сложно — в пользу Донецка и Луганска.

ТЕМА ДНЯ
АНТИФАШИСТ ТВ
СВЯЗЬ ВРЕМЕН
Антифашист ТВ