Хроника изоляции. Часть 2 – «детки в клетке» и умирающий экспорт

25.09.15      Автор redactor
Хроника изоляции. Часть 2 – «детки в клетке» и умирающий экспорт

Как-то незаметно пошла на спад евроинтеграционная риторика. О Таможенном союзе никто давно не вспоминает. Реальная блокада Крыма, фейковая Приднестровья, пресловутая «Стена», протяженностью 2 тыс. км, которой мы собираемся отгородиться от России, все это, в комплекте с падением экспорта одного лишь продовольствия в ЕС на 31%, ведет Украину не в Европу и не от России, а к самоизоляции. Если бы не кредиты Запада, потребность многонаселенной Индии в дешевом подсолнечном масле, а Китая в нашей руде и кукурузе, мы бы вообще загнулись.

Помню, как некоторые аналитики сильно радовались падению цен на нефть и девальвации рубля. Дескать, у соседа-агрессора хата горит, посмотреть приятно. Но очень быстро выяснилось, что мировой пожар – он, как погромы, для всех.

Следом за падением нефтяных котировок произошел обвал цен на сырье, которое украинские экспортеры из последних сил проталкивали на внешний рынок. Подешевели не только руда и металлы, но и зерно.

Позавчера INSIDER проанализировал мировую динамику цен на основные экспортные товары из Украины. По статистическим данным, которые он обобщил, выходит, что тонна руды за год подешевела на 56%, а с начала года – на 16,2%. Стоимость квадратной заготовки (полуфабрикат, из которого производят прокат) с января 2014-го снизилась на 42,3%, а с начала года на 27,3%.

Экспортные цены на зерно снизились на 27%. Фуражный ячмень с начала года подешевел на 19%. И только семена подсолнечника по сравнению с 2014 годом на внутреннем рынке подорожали на 16% (инфляция), а на внешнем – на 8%. Хотя цены на подсолнечное масло (нерафинированное) с начала года снизились на 9%, а на внутреннем рынке – на 11%. Так что и тут радость половинчатая: не сырье, так переработка подешевела.

По словам аналитика ИК Eavex Capital Ивана Дзвинки, которого цитирует издание, цены на зерновые и масличные культуры в Украине следуют общемировому тренду. На протяжении 2015-го по большинству наименований они показывали тенденцию к снижению на фоне высоких урожаев в главных странах их выращивания. Повлияло также падение цен на нефть.

Ситуация складывается патовая. Мало того, что из-за войны, валютного кризиса, налоговой чехарды и общей дегенеративности власти производство в стране падает, увлекая за собой и экспорт, так и внешние факторы будто сговорились — делать нам назло. Мировая конъюнктура на самые ходовые украинские товары, мягко говоря, неблагоприятная.

Еще более неблагоприятная конъюнктура европейская. В ходе заседания правительства 28 августа министр аграрной политики и продовольствия Алексей Павленко признал, что падение экспорта сельхозпродукции в страны ЕС составляет 31%. Тогда мало кто из журналистов обратил внимание на его слова.

Поскольку дальше Павленко начал развивать избитую тему «идет работа по открытию новых восточных рынков», что-то говорил про «вновь открытые» рынки Саудовской Аравии, Египта, которым мы толкаем нашу фуражную пшеницу последние 15 лет минимум, и о рухнувшем экспорте продовольствия в ЕС моментально забыли.

Тем более что общее падение экспорта в Европейский Союз (включая продовольствие, услуги и товары) оказалось еще больше – 35%. Министр экономического развития и торговли Айварас Абромавичус объяснил это тем, что украинские производители не готовы к выходу на рынки ЕС. На рынки стран СНГ, включая Россию, готовы, но их там уже никто не ждет – падение на этом направлении превышает 48%. Но и это еще не самое печальное.

Спросите, что может быть хуже, чем одновременное падение и экспорта и цен на нашу экспортную продукцию? Хуже может быть только так называемый «моноэкспорт», когда страна сужает ассортимент того, что она предлагает миру, до считанных наименований, а круг своих базовых покупателей до двух-трех стран.

Скажем, есть африканские страны (нет, не Габон), которые, кроме орешков кешью, ничего не экспортируют. Для Украины таким товаром (ввиду падения рентабельности всего остального) становится подсолнечник. А самым крупным покупателем... Не угадаете – Индия. Индия поглощает максимальное количество всех видов растительных масел, которые мы способны ей поставить – подсолнечное, льняное, тыквенное, кукурузное и т. п.

Спасибо известному экономисту Александру Охрименко, который недавно обнародовал в своем блоге статистику таможенной службы Украины за январь-август 2015 года. Отличная, скажу вам, табличка получается: страна, товар, выручка за 8 месяцев 2015 года. Читаешь – и никаких дополнительных комментариев о перспективах страны не требуется.

Итак, на первом месте товар «олія соняшникова» и проч., страна – Индия, выручка за 8 мес. 2015 года $696,1 млн. Немного отстал Китай, который купил руду и концентрат за $685,6 млн. и кукурузу за $543,7 млн. Причем кукуруза, скорее всего, идет в расчет за их кредитную линию. Дальше идут Египет и Турция (углеродные полуфабрикаты) – $492 млн. и $403 млн., снова Египет – кукуруза на $343 млн. Европа появляется во второй половине списка – это углеродные полуфабрикаты для Италии и кукуруза для Испании на $319 млн. и $235 млн. соответственно. Закупившая наш ячмень Саудовская Аравия, которую «открыл» министр Павленко, и Египет, как покупатель пшеницы, уже не делают погоды: $192 млн. и $165,5 млн.

Правда, потешить самолюбие (мы все-таки умные!) может статистика экспорта услуг в сфере телекоммуникаций, компьютерных и информационных услуг – на этом поприще Украина заработала за полгода $756 млн. Из них почти 60% – компьютерные услуги. Но и тут циники из числа осведомленных лиц портят настроение.

«Именно экспорт услуг подвержен фальсификации больше, чем другие сегменты внешнеэкономической деятельности, – сказал нам источник в СБУ. – Это и понятно – здесь не надо предъявлять «товар лицом». Одно дело продавать за границу цемент, другое – разработку интернет-сайтов, маркетинговые услуги и т. п.

Поэтому тут большой процент фиктивных сделок, как ради возмещения НДС, так и чтобы завуалировать финансовую операцию...».

А вот что касается высокотехнологичного оборудования, которое можно пощупать – продукция машиностроения, сложные станки и оборудование, автоматизированные системы, линии по переработке продуктов питания (например, получение экстрактов соков и тому подобное), которые мы продавали раньше преимущественно в страны СНГ, ничего этого на экспорт уже не идет.

Что получается в итоге? От более сложной технологически продукции мы сползаем к более примитивной. От широкого спектра номенклатуры – к нескольким товарам, цены на которые в мире сейчас падают. От большего числа внешнеторговых партнеров к десятку (максимум) постоянных друзей. Да и то ситуативных.

Китай уже наелся украинской руды – во втором полугодии эксперты предсказывают падение и объемов и выручки (цены уже упали). Индия лидирует среди потребителей нашего масла по двум причинам. Во-первых, большая часть ее огромного населения, которое практически невозможно даже приблизительно пересчитать (одних «неприкасаемых» по разным данным от 800 тыс. до 1,5 млн. чел) – вегетарианцы. Растительное масло и лепешки – их основной продукт питания. Вторая причина проистекает из первой – наше масло недорогое, поэтому нищие (по мировым меркам) индусы его потребляют. Дорогие сорта (типа оливкового) им не по карману. Но подешевеют оливки, упадет и наш экспорт.

Выход из этого замкнутого круга – идти к людям. Не добивать последние торговые связи с СНГ, реально, а не на словах и на бумаге кооперироваться с европейскими структурами. Не пугать их террористами, «правосеками», заборами, блокадами, коррупцией, таможенными и финансовыми осложнениями. Бизнес идет туда, где ему выгодно, а не куда его зовут недоумки, приветливо вымахивая гранатами возле Верховной Рады.

Но вместо того, чтобы идти в мир широкий, мы обносим себя стеной. Блокируем доступ своих поставщиков на рынки Крыма. Пытаемся, но не можем торговать с Европой. Строим стену в 2 тыс. км, думая, что так отгородимся от России, хотя на самом деле защищаем Россию от нас – прежде всего, в плане товарных поставок.

P.S. Зоологи утверждают, что животные, способные примитивно мыслить, скажем, обезьяны, и при этом долго живущие в неволе воспринимают огражденное прутьями пространство как свободную территорию. Другими словами, это мы для них – в клетке, а они – у себя дома. При этом чем дольше они сидят в вольере, тем меньше у них желания выйти за его пределы. Ну, а чего – примитивные удобства есть, корм иногда подкидывают, «параша» воняет, но к этому можно привыкнуть. Да и развлечение есть – «телевизор»: мимо постоянно ходят какие-то чудаки и пялятся. Зачем хотеть большего?

Егор Смирнов

ТЕМА ДНЯ
АНТИФАШИСТ ТВ
СВЯЗЬ ВРЕМЕН
Антифашист ТВ