информационное агентство

Деньги в хату: как Украина ввела платные камеры в СИЗО

28.02.21      INOSMI.ru
Деньги в хату: как Украина ввела платные камеры в СИЗО

В 2020 году в украинских СИЗО открылись первые платные камеры. В Минюсте заявляют, что сделать это были вынуждены из-за ограниченного госфинансирования. Инициативу раскритиковали, но, несмотря на это, число платных камер в стране растёт. Нововведение называют легализацией неофициальных платежей.

В мае 2020 года в украинских СИЗО открылись первые платные камеры. Минюст запустил экспериментальный проект — начал предоставлять улучшенные условия проживания и питания для заключённых за деньги. В министерстве заявляют, что сделать это были вынуждены из-за ограниченного госфинансирования и необходимости находить средства на ремонт всех помещений СИЗО. Инициативу раскритиковали некоторые украинские и международные правозащитники, а омбудсмен угрожал судебным иском. Несмотря на это, количество платных камер в стране растёт, а чиновники называют нововведение легализацией неофициальных платежей. Среди услуг — в том числе продажа «подарочных сертификатов» на будущее.

«Этот день настал! Вас пригласили на день рождения чиновника или политика? Может быть, наоборот, забыли пригласить? Всё ещё думаете над подарком? Мы знаем выход! С сегодняшнего дня Минюст предлагает новую услугу — мы предлагаем ПОДАРОЧНЫЕ СЕРТИФИКАТЫ на пользование услугами платных камер в украинских следственных изоляторах!», — так прорекламировал «услугу наперёд» министр юстиции Денис Малюська в своём фейсбуке.

Первые платные камеры появились в Киевском изоляторе в мае 2020 года, затем их открыли во Львове и Чернигове. В начале 2021 года они работали уже в 22 украинских СИЗО и учреждениях исполнения наказаний. Сейчас на Украине действует всего 82 платных места в 33 камерах. Заключённые и их родственники заплатили за проживание уже более $73 тысяч, часть из которых была направлена на ремонт общих бесплатных камер.

Летом 2020 года украинская журналистка Ирина Гриб сделала подарок мэру Одессы Геннадию Труханову — приобрела подарочный сертификат на пользование услугами платной камеры в Киевском СИЗО. Это — один из известных случаев покупки подобного «сертификата». Кто и для чего ещё решил воспользоваться подобной инициативой, неизвестно. Однако то, что на первый взгляд казалось шуткой, принесло уголовно-исполнительной системе реальные деньги: «услуга наперёд» добавила бюджету СИЗО ещё $2 тысячи.

Основное отличие платной камеры в том, что её жилая площадь должна быть не меньше шести квадратных метра на человека. Она должна быть отремонтирована, с обычной или двухъярусной кроватью с деревянными быльцами, столом и стульями, шкафом для одежды, огороженным санузлом, полкой, смесителем и умывальником, телевизором с подставкой, микроволновкой, урной и инвентарём для уборки.

На усмотрение администрации там также может быть душевая кабина, холодильник, бойлер, рабочее место с компьютером, стиральная машинка, кондиционер, спортинвентарь, настольные игры, игровая приставка или планшет. Кроме того, администрация СИЗО может организовывать отдельное питание для людей из платных камер, а самим заключённым разрешается покупать продукты по интернету (кроме алкогольных напитков) и оформлять доставку готовых блюд.

Чем больше оснащена камера, тем дороже в ней проживание. На формирование цены также влияет стоимость коммунальных услуг, зарплата персонала СИЗО, стоимость стирки и обеспечение гигиеническими средствами и канцелярией.

Минюст разработал только общие требования к минимальному оснащению платных камер, а департамент по вопросам исполнения наказаний написал для СИЗО рекомендации по формированию цены.

Стоимость проживания в улучшенных условиях очень разнится по стране. Дороже всего платят арестанты Киевского СИЗО, меньше всего — Ивано-Франковского. Заключённые могут оплатить проживание на сутки, неделю или месяц.

Чем дольше живёшь в СИЗО, тем выгоднее цена

oDR запросило у Минюста информацию о финансовой стороне эксперимента. Из ответа на запрос следует, что сутки проживания стоят от $10 до $72 (средняя стоимость — $18—28). В больших городах — Харькове, Львове и Одессе — стоимость за один день чуть выше, $36. Цена за неделю проживания в среднем по стране начинается от $35, а в Киевском СИЗО за семь дней придётся отдать уже $286 (средняя цена $71-107). Месяц жизни в улучшенных камерах стартует от $60 и доходит до $428 в Киевском изоляторе (средняя цена в месяц — $107-143).

Купить место в платной камере можно исключительно безналично с помощью системы «Онлайн дом юстиции». Предварительно нужно написать письменное или электронное заявление на имя начальника СИЗО. Оно рассматривается по очереди, а причиной отказа может быть отсутствие свободных мест. Если человек уезжает из СИЗО до окончания оплаченного периода, администрация возвращает стоимость неиспользованных дней на карту. Если человек злостно нарушает режим и за это был помещён в карцер, после отбытия взыскания администрация СИЗО переводит его в обычную камеру и оплаченные деньги не возвращает. Вернуться в платную камеру человек сможет не раньше, чем через месяц.

Для организации платных камер законы менять не пришлось. Новая услуга действует согласно утверждённому Кабмином порядку и считается экспериментальной. Чтобы начать такую практику, Минюст не выделял дополнительные деньги из госбюджета и не заставлял учреждения в этом участвовать: по словам руководителей нескольких изоляторов, СИЗО собственными силами оснастили платные камеры и начали зарабатывать. Но о том, как именно им удалось найти или перераспределить деньги на ремонт и оборудование, собеседники не пояснили.

«Просто не было денег»

Идея открыть платные камеры принадлежит министру юстиции Украины Денису Малюське. «СИЗО получают деньги только из госбюджета. Иногда помогает местная власть. Соответственно в них нет средств ни на что. Финансирования не хватает даже на постельное бельё, не говоря уже о ремонте и нормальном питании. Если ремонт проводится, то зачастую это делается за счёт людей, которые там содержатся. Сгенерировать поступления средств на финансирование СИЗО — одна из целей этой реформы. Вторая — убрать коррупцию. Ведь объективно есть камеры лучше, есть хуже. Иногда разница между камерами сумасшедшая. Это — генератор коррупции. Хотим сделать так, чтобы эти средства попадали в бюджет», — пояснил глава ведомства в интервью изданию «Цензор.нет».

Утверждения министра в личных разговорах с oDR подтвердили сотрудники Киевского, Харьковского и Ивано-Франковского изоляторов. Из их слов следует, что на 2020 год Ивано-Франковское СИЗО просило выделить из госбюджета почти $16 тысяч, но получило всего чуть больше $481. Харьковское СИЗО, которому уже более 150 лет, получило чуть более $60 тысяч при потребности в почти $518 тысячах. Киевскому СИЗО денег на ремонт камер вообще не выделили.

Из года в год украинские заключённые жалуются на условия содержания в камерах: сырость, холод, грибок, отсутствие нормального освещения и возможности помыться, неогороженный туалет. Большинство учреждений находятся в старых помещениях, которые требует комплексного ремонта, замены коммуникаций, а то и полной перестройки. Закон предусматривает норму в 2,5 метра площади для одного человека. Но по факту не везде придерживаются и этого: СИЗО перенаселены.

В январе 2020 года Европейский суд по правам человека решил применить процедуру пилотного решения по делу «Сукачёв против Украины». В нём, помимо признания нарушений в отношении заявителя, ЕСПЧ также подтвердил — Украина систематически не обеспечивает надлежащие условия предварительного заключения. В Страсбурге сообщили, что постановление по жалобе Сукачeва — одно из 56, в котором рассматривалась проблема ненадлежащих условий содержания в украинских СИЗО. Ещё около 120 аналогичных жалоб находятся в ЕСПЧ на рассмотрении. Пилотное решение ЕСПЧ обязало Украину за полтора года (до конца 2021 года) ввести комплексные меры по улучшению условий содержания под стражей.

До конца 2021 года государственная уголовно-исполнительная служба должна также закончить эксперимент по введению платных камер, а затем подготовить общий отчёт, подать его на рассмотрение Кабмину и решить, стоит ли закрепить платные услуги в СИЗО законодательно.

Профильный замминистра юстиции Елена Высоцкая во время разговора с oDR заявила, что главная причина, по которой пришлось прибегнуть к открытию платных камер — отсутствие другой возможности получить деньги на ремонт помещений СИЗО. По её словам, выделенных на это средств не хватает из года в год: «Бюджет не предусматривает капитальных трат. За что я могу это реализовать?.. Я не могу на сэкономленные деньги на зарплатах, коммуналке отремонтировать камеры. Переброс между статьями бюджета нужно согласовывать с Минфином, и не факт, что он на это согласился бы. Так что просто не было денег... Потому мы вынуждены прибегать к проектам, пилотам, экспериментам. Мы всё-таки верим, что 30-40 отремонтированных камер — это лучше, чем ничего. Но моя мечта — строить новую инфраструктуру, которую не стыдно показать и в которой не стыдно содержать людей», — заявила Высоцкая.

Деньги, которые СИЗО зарабатывает за платные услуги, приходят в специальный фонд госбюджета и могут тратиться им на основную деятельность, включая возможность проводить текущий ремонт.

За полгода активной работы платных камер больше всего денег заработали Киевский и Одесский изоляторы. В ответе на запрос oDR сообщили, что к концу 2020 года они принесли в бюджет почти $43 тысячи и $4 тысячи соответственно.

2 июля 2020 года Минюст презентовал первые две бесплатные камеры Киевского СИЗО, которые были отремонтированы за деньги тех, кто жил в платных камерах. По словам министерства, работу выполняла бригада заключённых, которые получили за это зарплату. К концу года Минюст в ответе на запрос oDR отчитался: на заработанные деньги отремонтировали уже 29 бесплатных камер по всей стране.

На вопрос о том, не боятся ли руководители СИЗО и Минюст, что услуга станет непопулярной с активизацией ремонта бесплатных камер и не приведёт ли это к дополнительной коррупции, сотрудники учреждений ответили, что так далеко не планировали, к тому же «ещё ремонтировать и ремонтировать». Замминистра в свою очередь заявила, что платные камеры всё равно «не сравнятся по комфорту» с бесплатными, и что она старается лично следить, чтобы в отремонтированные бесплатные камеры заселялись люди, которые жили в них до ремонта.

Кто в камерах живёт

Заключённая Киевского СИЗО Юлия (имя изменено по её просьбе — прим. ред.) живёт в бесплатной общей камере уже более двух лет. По её словам, введение платной услуги на отношениях между подследственными не отразилось. Говорит, что в платные камеры чаще всего попадают после прохождения двухнедельного карантина те, кто впервые приезжает в СИЗО.

«Межкамерное общение запрещено, гуляем мы отдельно, но отношение к ним нормальное: у кого есть возможность, пусть оплачивают. Просто у меня нет необходимости в этом», — говорит Юлия. Девушка не планирует пользоваться платными услугами, поскольку полностью довольна условиями в своей камере.

По словам Юлии, большинство обычных камер в женском корпусе уже отремонтированы, с новой сантехникой, а батареи настолько горячие, что даже зимой спать можно с открытым окном: «Если честно, я и сама в шоке — условия в камере нормальные, и никаких претензий к администрации нет. Женский корпус СИЗО лучше, чем мужской, он новее... Но если хочешь ещё себе условия улучшить, можно это сделать: пишется заявление, выдаётся разрешение. Можно пронести стройматериалы в камеру, но в основном текущими ремонтами занимается хозобслуга».

В начале проекта Минюст ожидал, что камерами будут пользоваться те, кто ранее получал дополнительные блага нелегально, а также известные люди и «белые воротнички». Однако из общения с администрацией СИЗО, адвокатами и самыми осуждёнными следует, что популярна эта услуга скорее среди тех, кто попал в СИЗО впервые, заинтересован спокойно дождаться смены меры пресечения или приговора и не следовать тюремной культуре.

«Фактически ничего не изменилось. Все, кто имели привилегии в СИЗО, и сейчас их имеют независимо от того, в какой камере они находятся», — говорит бывший заключённый Олег Цвилой. Он утверждает, что в СИЗО и раньше, и сейчас нелегально можно договориться о переводе в камеру лучше, заплатив взятку: «Но быстрее и дешевле люди делают так: покупают пару мешков цемента, краску и делают косметический ремонт... Раньше, чтобы материалы разрешили пронести, нужно было тоже платить, но сейчас, думаю, к такому уже легче относятся». Цвилой утверждает: платные камеры никак не повлияли на отношения между самими заключёнными: «Им от этого ни холодно, ни жарко. В плане выживания простым людям стало хуже: если человек сидел в общей камере, ему передавали посылки, он делился с теми, у кого нет родственников, например. В остальном, сидят себе и сидят в платных камерах бобры какие-то».

По словам юриста Харьковской правозащитной группы Дмитрия Мазурка, клиенты их организации рассказывают, что СИЗО предпринимают усилия, чтобы перевести людей в платные камеры по двум причинам: с одной стороны, чтобы получать деньги, а с другой — чтобы обрезать все нелегальные каналы связи и общение с внешним миром: «Ни для кого не секрет, что в СИЗО есть телефоны, есть наркотики, игральные карты, есть общение, нелегальные посещения и прочее. В новоотремонтированных камерах ничего этого нет. Подозреваемые не хотят их использовать потому, что там нет ничего нелегального».

«Пребывая в платных камерах, ты находишься под большим контролем»

В платных камерах действительно есть видеонаблюдение «с целью обеспечения надлежащего ухода и контроля за поведением заключённых и осуждённых». Сам министр заявлял, что это необходимо, «чтобы сделать эксперимент прозрачным и избежать злоупотреблений». По словам замминистра Высоцкой, это была её личная инициатива. Она утверждает, что камеры не направлены на зону санузла и частично спальное место: «Я понимаю, что могут быть злоупотребления, я не каждый день с проверкой. Потому у нас есть видеомониторинг, и потому там безопаснее».

Представители администрации Харьковского, Киевского и Ивано-Франковского СИЗО, с которыми удалось пообщаться лично, рассказали, что услуга настолько популярна, что иногда желающих ею воспользоваться больше, чем количество камер. Чаще всего в платных камерах живут мужчины, в среднем они проводят там месяц-два и освобождаются под залог. Кроме того, нельзя составить портрет пользователей услуги по совершённым преступлениям: всё зависит от финансовой возможности конкретного человека.

По словам Высоцкой, большинство публичных людей и политиков попадают в платные камеры Киевского СИЗО, поскольку там больше всего мест: «Мы постоянно беседуем с руководителями по поводу расширения, потому что хотя бы 1-2 места свободных должно быть всегда, чтобы не было коррупции и конкуренции среди желающих туда попасть. С другой стороны, я не могу превратить СИЗО в платное учреждение».

Пока соотношение платных и бесплатных камер ни в одном СИЗО нормативно не урегулировано. По словам замминистра, заполненность СИЗО разная, и в случае определения процента платных камер есть вероятность нарушить право на достаточную жилую площадь проживающих в бесплатных. Таким образом, сейчас начальники изоляторов увеличивают количество платных камер на своё усмотрение: «Мы не запрещаем, но они должны думать, смогут ли они расширять проект, не нарушая права других людей», — говорит Высоцкая.

Обвинения в дискриминации

«Безусловно неправильно, что быт арестантов зависит от возможности заплатить за хорошие условия. Презумпция невиновности обязывает к каждому из этих людей относиться одинаково и обеспечивать равно положительные и равно комфортные условия», — говорит юрист Дмитрий Мазурок. Он — один из украинских правозащитников, который считает платные камеры проявлением дискриминации.

Критиком проекта Минюста внутри страны также стал Офис уполномоченного по правам человека. Омбудсмен Людмила Денисова неоднократно называла платные камеры проявлением дискриминации. Критика усилилась после того, как летом 2020 года во время мониторингового визита в Запорожское СИЗО правозащитники обнаружили, что один осуждённый выкупил для себя все три места в платной камере. 18 сентября на своей странице в фейсбуке Денисова заявила, что её офис подаст судебный иск «об отмене порядка проведения экспериментального проекта или внесения изменений в него». oDR отправил официальный запрос с просьбой подтвердить, было ли подано обращение, но к моменту выхода материала в аппарате не смогли прокомментировать этот вопрос.

По словам замминистра Высоцкой, министерство вело длинную переписку с омбудсменом, и, несмотря на то, что каждый остался при своём, публичная критика сейчас утихла: «Как нам защитить права человека, когда нечем это делать? Мне их (заключённых — прим. ред.) домой забрать? Что мне сделать? Когда органы пишут предписания, которые невозможно выполнить просто потому, что невозможно их выполнить — это мне было удивительно». По словам Высоцкой, международные проекты, работающие на Украине, от жёсткой критики воздержались, но и публично хвалить министерство не стали.

12 декабря 2020 года Комитет министров Совета Европы в ответ на замечания Европейской сети судебной защиты прав заключённых (EPLN) и Харьковской правозащитной группы обнародовал своё решение по поводу системных проблем украинских пенитенциарных учреждений. Комитет сообщил, что проект Минюста «вызывает вопросы относительно его совместимости с принципами Конвенции» и призвал власти «принять меры для улучшения материальных условий и питания, не опираясь на финансовые взносы заключённых».

«Просто всё зависит от финансовой возможности»

Министерство юстиции и Государственная уголовно-исполнительная служба проект платных камер дискриминационным не считает, аргументируя это тем, что оплата таких условий добровольная, дополнительные деньги для подготовки платных камер из госбюджета не выделялись, к тому же проект якобы имеет социальную функцию — призван собрать средства для улучшения общих условий в СИЗО. Высоцкая объясняет, что над экспериментом они работали тщательно и «нашли себе юридическую тропу»: платная камера — необязательная дополнительная услуга. «Такие услуги в государстве есть не только в нашей сфере, но также и в медицине, в образовании. Можно получить бесплатную базовую услугу, а можно — платную. По этой аналогии мы и идём», — говорит Высоцкая.

Администрация украинских СИЗО публично поддерживает мнение министерства.

«Пусть правозащитники учитывают все возможности. Так можно дискриминировать любую ситуацию. У одного зарплата больше, он может позволить себе поехать отдыхать на Кипр, а другой — нет. Кто-то может купить себе икру, а кто-то нет. В нашей жизни это — обычное явление. Кто может себе оплатить лучшие условия проживания — пожалуйста, никто не запрещает», — так прокомментировал oDR замначальника Ивано-Франковского СИЗО Иван Гурик.

«В принципе во всём мире есть дискриминация по экономическому признаку. У кого есть больше экономических возможностей, у того есть больше возможностей. Я какой-то дискриминации здесь не вижу. Люди готовы оплачивать платные услуги — они оплачивают. Они не готовы оплачивать — не оплачивают. Ничего дискриминационного нет. Просто всё зависит от финансовой возможности», — поддерживает коллегу замначальника Киевского СИЗО Дмитрий Музыченко.

Заместитель начальника Харьковского СИЗО Дмитрий Холод на критику правозащитников ответил коротко: «Я никак не отношусь к этому. Мысли у меня есть, но у нас есть приказ, который мы исполняем. Относиться к этому я могу по-разному, но выполняю».

Сколько продлится эксперимент, в министерстве не могут сказать наверняка, однако уже сейчас понятно, что ведомство им довольно. В начале 2022 года Кабмин должен будет определить, закрепить ли его на уровне закона. «После того, как у нас появятся новые СИЗО, потребность в платных услугах отпадёт. Это будет нескоро, но пока этот проект будет их поддерживать», — говорит Высоцкая.

Министр Малюська планирует пойти ещё дальше — разгрузить изоляторы и уменьшить бюджетные расходы на их содержание: «Следующим шагом должны стать частные СИЗО, чтобы комфортные бытовые условия создавали не мы и не за счёт налогоплательщиков».

Маргарита Тулуп, Open Democracy, Великобритания

Центр правовой и социальной защиты
ТЕМА ДНЯ
antifashisttm
Антифашист ТВ