Андрей Недовес: Мозги украинского народа от войны к миру переформатировать легко. Жаль, некому это сделать

04.06.16      Елена Привен
Андрей Недовес: Мозги украинского народа от войны к миру переформатировать легко. Жаль, некому это сделать

Луганчанин Андрей Недовес, председатель наблюдательного совета ЧАО «Автомотозапчасть», известный блогер, чьи статусы собирают в Фейсбуке огромное число читателей и комментаторов, а также провоцируют жаркие интернет-бои, занимает последовательную позицию критика всех сторон войны в Донбассе, всех ее участников, спонсоров и идеологов, всех выгодополучателей и игроков

Его рассуждения интересны именно тем, что в них нет никаких комплиментов ни одной из сторон. Он также имеет свои рецепты разворота идеологии населения, поддерживающего войну и ненависть, к здравому смыслу и примирению. Все это вы можете оценить сами, прочитав предлагаемый материал

- Андрей, мы с вами беседовали примерно год назад, и то интервью вызвало большой резонанс, огромное количество полярных комментариев и до сих пор я вижу, что его читают и обсуждают в традиционном для украинского сегмента интернета жестком и непримиримом формате. Вы тогда высказали целый ряд для многих неочевидных идей – в частности, обосновывая свою убежденность в том, что десятки тысяч трупов и уничтоженная экономика – слишком высокая цена для Донбасса, выбиравшего свой путь в стране, где бушевал ад Майдана и того, что за ним последовало. Напомню нашим читателям, что вы оставались в Луганске во время войны и продолжаете жить в городе сейчас, несмотря на то, что многие уехали, закрыли свои предприятия, свой бизнес. Вы не могли оставить свой завод?

- Не только завод, здесь живут мои родители, родители жены, это очень пожилые люди, которых просто невозможно было вывезти. И, конечно, я не мог бросить завод, от работы которого и самого существования которого зависит много людей. Сейчас я с ужасом вспоминаю то время и, возможно, даже жалею, что не выехал, потому что сам факт, что я остался живым после «стрелок», разборок и попыток банально разграбить бизнес, не говоря уже о военных действиях, можно воспринимать как чудо. Меня не застрелили по какой-то странной случайности.

- О каких стрелках речь?

- О встречах с тогдашними вожаками отрядов, державших власть в Луганске и вокруг него. Не секрет уже, что та вольница была беспредельной, оружием владели беспрепятственно самые разные люди, в том числе, отморозки, которые, пользуясь ситуацией, творили страшное. В том числе, насиловали, убивали, отжимали собственность, дома, машины, грабили предприятия. Мне приходилось напрямую встречаться с ними и «находить аргументы». Могу заверить – не платил ни разу. Не скажу, что эти ночные беседы с автоматчиками в масках на пустом заводе были самыми комфортными в моей жизни. Странно, но мне удавалось их убеждать, я находил слова, и люди разворачивались и уезжали. Потом стало все меняться, кто-то решил навести порядок, очевидно, невидимая рука северного соседа, и мародерство закончилось. Даже машины, которые у нас отобрали, через год вернули. Тогда уже пошла волна, скажем так, утихомиривания самых одиозных персонажей. Усилилась комендатура, появилось МГБ, и дикая вольница была более или менее остановлена. Сейчас уже никаких конфискаций, отжимов, гоп-стопов и грабежей. Предполагаю, что за воровство, разбой, не говоря уже о насилии, можно получить пулю прямо на месте, без судебных формальностей – по законам военного времени. Сначала выстрел в голову, потом предупредительный в воздух. Именно в таком порядке. Поэтому криминальная обстановка в городе довольно спокойная, хотя босоты по-прежнему немало, полно оружия. Однако никто сейчас уже не может занять чужой дом самовольно, без договора аренды. Покупка и продажа оформляются законным порядком – но на территории Украины. Но не меньше года был хаос и тотальный беспредел со всех сторон, и это правда.

- Каков статус ЛНР сейчас? Не формальный, он понятен. Реальный – каков? Есть ли попытки строить собственную государственность?

- Никакого внятного статуса по-прежнему нет. Это серая зона. Попытки строить государственность есть – даже в серой зоне должны функционировать подобия государственных институтов. Путин заявляет о целостности Украины и повторяет это снова и снова, а мы строим республику.

- Но, насколько мне известно, Россия содержит пенсионеров, оплачивает работу всех административных органов, финансирует здравоохранение и образование. По сути, ЛНР находится на едва ли не полном содержании РФ...

- Так и есть. А как иначе? Иначе будет социальный взрыв и полная потеря лица российской власти, огромные репутационные потери. Два года назад Путин пообещал, что, если беспредел украинской власти не будет остановлен, Россия восток Украины не оставит. Это было сказано четко и ясно. Теперь ролик с его высказыванием ему напомнили и будут дальше раскручивать.

- Он сказал, что возьмет Донбасс в состав Украины?

- Нет, этого он не говорил.

- Ну, так формально Донбасс и не оставлен. Россия, повторюсь, содержит регион за свой счет. И когда первое впечатление от последнего интервью Лаврова – весьма негативное – улеглось, то сухой анализ показал, что министр не открыл ничего нового. Русские не обещали взять Донбасс к себе, и они его не взяли. Одно дело – наши ожидания, другое – жестокая реальность. Что вы предъявляете русским?

- Только одно. Путин должен был до 11 мая 2014 года четко и жестко сказать, что никакой интеграции с РФ и, тем более, включения в состав РФ не будет. Жестко. Он этого не сделал. Важно понять, что при четком и жестком доведении до участников референдума категорической невозможности не только воссоединения с РФ, но даже признания Москвой этих новых республик, референдума могло не состояться в принципе. Путин явно хотел сыграть в крупную геополитику, он пытался предотвратить создание на территории Украины, буквально под боком у России, базы НАТО, потому что по уставу организации в проблемной стране, где тлеет военный конфликт, такие базы не размещают. И это ему удалось, его страна, таким образом, застрахована. Но игра вышла из-под контроля, оказавшись куда более кровавой и затратной, чем ожидалось.

Он не думал, что другая сторона тоже пойдет ва-банк, поведет сюда войска и не остановится перед большой кровью. Все разговоры о братстве, едином народе - они, простите, больше для плебса, но реальная политика учитывает только интересы, она не учитывает эмоции.

- Напомню вам, что ЕС устами своих многочисленных функционеров многократно, жестко и четко говорил украинцам, что никакого членства в Евросоюзе для них не будет в обозримой и даже отдаленной перспективе. Однако это не остановило Майдан, и даже сейчас не останавливает ораторов от власти и гражданского общества уверенно заявлять, что мы уже на пороге членства. Практика показывает, что если люди чего-то неистово желают, никакие предупреждения не срабатывают.

- Между этими ситуациями есть коренная разница – Донбасс собирался в Россию и, по логике вещей, должен был слушаться Путина, Майдан же должен был слушаться и принимать решения под влиянием ЕС. Так вот Путин сказал донбассцам – не торопитесь. А Запад стимулировал эти процессы, давал мечтателям надежду на интеграцию в ЕС, по сути, прямо их обманывал. Подавляющее большинство народа далеко от юридической казуистики, люди просто не видели различия между ассоциацией и реальным вступлением в Евросоюз. У нас здесь вопрос был об отделении, но в уме держалось почти моментальное последующее присоединение к России. И если бы российские каналы настойчиво катали четкое выступление президента РФ с предупреждением о том, что вступления не будет, люди бы услышали. Если бы то же самое им говорили местные донбасские СМИ, то люди бы услышали. Но четкого посыла не было.

- А если бы не случились эти события на юго-востоке, вообще не было бы этого фактора, Украина выжила бы?

- Конечно, Майдан был пусковым механизмом разрушения, но потери были бы сегодня на порядок меньше, не было бы тысяч и тысяч убитых, не было бы этой катастрофы в экономике. Могу с уверенностью сказать, не будь Майдана, боевой лозунг «Крым наш» звучал бы только из окна дурдома, и Донбасс бы не корчился в крови на руинах своих заводов.

- Я думаю, Украина начала уверенно двигаться к деконструкции в тот момент, когда вышла книга Кучмы «Украина – не Россия». То, что было интуитивно понятно многим, после этого манифеста оформилось в окончательно понятную стратегию – формирование Украины как враждебной Антироссии, потому что никакой другой почвы для незалежности и отдельности реально не было. Донбасс эту идею не принял и принять не мог. Разве нет?

- Я пытаюсь убедить вас вот в чем: главный критерий – пролитие крови. Меня просто бесит сравнение прихода на нашу землю немецких нацистов с победой националистического майдана. Те пришли с газовыми камерами уничтожить физически ¾ населения, остальных сделать рабами. Тогда убить врага означало попытаться спасти своих детей и стариков от расстрела. Еще раз – расстрела, уничтожения. Увидьте разницу. Восток мог отступить на шаг, на два шага, но они его бы не сломали. Уже проходили - вспомните оранжевую революцию, новых губернаторов, идеологию, векторы развития и пр. Где это потом оказалось? Смыло, как грязную пену. Но это была наша внутренняя, можно сказать, семейная драка. А на этот раз кровь майдана смешалась с кровью Одессы. Но даже это было ничто по сравнению с летом 14-го. Москва решила дать оружие тем, у кого потом с трудам вырвала. Киев поступил совершенно зеркально, только он «вырывает» до сих пор.

Результат: экономика территории, называемой ЛНР, восстановилась на четверть, уперлась в эту планку, и уже появилась отрицательная динамика, спад. И тысячи, тысячи трупов луганчан.

- Но зачем это было русским?

- Это была ошибка. Все ошибаются.

- Разве нужно быть гением, чтобы понять, что здесь рухнет экономика, если начнется война?

- Я думаю, в Москве не допускали, что так обернется. Повторяю, Кремль не думал, что Киев сыграют по-крупному, перейдет грань, за которой маячит Гаага. Возможно, Путин рассчитывал, что их кураторы удержат их от настолько агрессивных действий. Он не предполагал, наверно, что украинцы подтянут сюда дивизионы «Града» и начнут поливать регион огнем – безжалостно и до конца. Все поставили на кон крупные ставки. И проиграли все, кроме нескольких десятков обогатившихся киевских негодяев, которых война каждый день спасает от веревки на фонарном столбе Крещатика за их воровство и тупость.

- В интернете, в частности, в социальных сетях, периодически возникает тема, которая забрасывается украинскими националистами и их пропагандистами, что, мол, нужно наконец сдыхать этот Донбасс, населенный быдлом и ватой, бесполезный экономически. Потом она затихает, и снова накатывает. Волнообразно так. Что это, по-вашему, означает?

- Это зависит от изменений позиций кукловода украинской власти – американцев и ЕС. У них тоже есть выборы, и они должны говорить то, что хотят слышать их избиратели. Война эта надоела кураторам, потому что они тоже не думали, что все так обернется, что их марионетки будут такими глупыми, настолько коррупционными. Периодически они давят на Порошенко, Порошенко делает вид, что старательно выполняет минские соглашения, кураторы делают вид, что ему верят. Все идет по кругу. Кроме того, американцы тоже делают крупные ошибки. Они ставят на что-то, потом промахиваются, долго упираются – как было с Ираком. И вот совсем недавно они признали, что Ирак был ошибкой. Может, когда-нибудь признают такое же про Афганистан и Украину. Проблема в том, что они как раз ничего не теряют.

- И все же – чем сердце успокоится? Что будет в ближайшей, среднесрочной и отдаленной перспективе?

- Ответ на все три перспективы один – ничего радужного. Я считаю, что будет серая зона, и это надолго. Конечно, здесь идет процесс как бы государственного строительства, идет законотворчество. На фоне ясных указаний россиян на то, что Донбасс должен вернуться под юрисдикцию Украины. Разве это не странно? А то, что происходит с экономикой? Я, как профессиональный пессимист и руководитель крупного предприятия, периодически устраиваю скандалы по поводу принимаемых властью экономических решений. Некоторые из них откровенно напоминают саботаж и диверсию. Здесь, кстати, Верховная Рада не отстает совершенно. Без предпринимателей, людей, которые создают рабочие места, платят налоги, развивают регион, дают ему жить, невозможны никакие разговоры о возрождении. Главный актив любой территории - человеческий потенциал. Многие из предпринимателей уехали, но хотели вернуться, выжидали. Однако, похоже, что точка невозврата для них пройдена, и они уже себя нашли на новых местах – в Украине, России, в Европе, не дождавшись позитивных сигналов с родины для бизнеса. Они продали недвижимость, свои дома, просто за копейки, и это значит, что возвращаться люди не намерены. Это катастрофа. Но я не вижу, чтобы это понимала власть, и чтобы российские ее кураторы к этому ее подталкивали. Кто-то из них, конечно, работает в этом направлении, чтобы расширить рынки сбыта для луганской продукции, помочь решить технические вопросы, но другим все равно. Не буду скрывать, определенные собственные экономические интересы есть и у них. Хотя сразу отсеку глупые разговоры о том, что россияне отсюда вывезли заводы. Это полная чепуха. Можете положить мои слова в банк – ни одного станка вывезено не было, никакое оборудование не покинуло пределы ЛНР. Однако пока не просматривается никакого профессионального подхода власти к экономике.

Но еще страшнее объективные моменты - непризнанность, перманентная война, минусовой инвестиционный климат.

- Наряду с темой отказа от Донбасса так же волнообразно по интернету и ТВ разгоняется тема примирения. Оставив за скобками эмоции, я задаю вопрос – как это технически возможно? Фон не смягчается, иногда становится еще брутальнее, злобнее. Вот, Парубий высказался – мол, к кому там прислушиваться, к москальским заселенцам? Это как-то не добавляет в паззл примирения правильных деталей, картинка катастрофически не складывается. Но если не примирение, тогда реинтеграция на условиях капитуляции? Какая технология вам кажется реалистичной?

- Федерация, даже так – конфедерация. Жесткая конфедерация. Из этих понятий слепили страшилку на несколько поколений вперед. Никуда не денутся - назовут иначе, но суть будет той же. Мы обречены жить вместе, мы на одной подводной лодке. Если бы у Украины появился умный, жесткий и волевой лидер, он бы навел порядок довольно быстро. Первый и категорически необходимый шаг - собрать десяток негодяев, собственников СМИ, они все известны в одной тесной комнате, и сделать им предложение, от которого нельзя отказаться: немедленно прекратить на своих помойках пользоваться языком ненависти, начать примирение, начать сшивать то, что вы, подонки, рвали, воспевать реальное единство и равноправие граждан, иначе с вашим бизнесом начнутся тяжелые проблемы. Поверьте – через полгода население, наркотически зависимое от телевизора и интернета, было бы переформатировано. К особо упоротым – подход другой, давно апробированный как в ЛНР, так и в Киеве.

- А есть у Украины такой лидер? Просматривается политическая воля на такие ходы? То есть, чтобы Порошенко, который сам владеет главным каналом ненависти и раздора, сделал бы такой шаг?

- Сейчас Украина ни к какому примирению не готова, этот парламент не сделает ничего для этого, никаких законов об особом статусе не примет, как и не заткнет рты психам и радикалам. Только единоличный сильный лидер вроде ненавистного Пиночета может волевым путем угроз, давления и шантажа взять ситуацию под собственный контроль. И потом разворачивать пропаганду в другую сторону, корректировать школьные программы, содержание телепередач и прочее. Очевидно, нужно дождаться, когда кураторы дадут жесткую отмашку на подобную стратегию, или случится чудо, и этот лидер внезапно появится из толщи народной.

Жизнь обязательно должна показать правильное решение, сегодняшняя ситуация неопределенности и нагнетания вражды не может длиться бесконечно. Не может и не хочет Порошенко, значит, это сделает кто-то другой, но мы все равно вернемся в Украину, другого варианта нет. Если отключить эмоции и мыслить прагматически, понимаешь, что это единственный реальный путь.

ТЕМА ДНЯ
АНТИФАШИСТ ТВ
СВЯЗЬ ВРЕМЕН
Антифашист ТВ